Автор
В ненастоящем мире числа и бесконечных звонков, где каждое прикосновение к телефону вызывает тревогу. Федор Иванович — мерзавец-бандит, чьи поиски всегда сопровождаются страхом. Я молила, чтобы перестал звонить, но он оставался как святой гравий в моей жизни.
— А ты будешь смотреть?
— И не только смотреть!
— Тогда нам нужно срочно уточнить метеосводки!
Мы оба смеемся, а после Влад склоняется ко мне ближе, так, чтобы между нами осталась только пара сантиметров — и та между губами.
Наступает пауза. Томительная, неожиданно долгая. И мне даже кажется, что сейчас он мне что-то уже скажет. Что-то такое, что окончательно меня добьет, приговорит меня к этому мужчине, а он…
После всего этого молчания, в которое можно было втиснуть пару сотен слов, не меньше…
Просто целует меня.
Да, требовательно, да — настойчиво, в своем духе, обрушиваясь на меня с милосердием цунами. А после легко слезает с кровати, не удосужившись найти ни единого предмета одежды.
— Твой завтрак стынет, — звучит спокойный и невозмутимый голос.
Я кошусь взглядом на тумбочку у постели — лицезрею дымящийся кофе и пышные вафли со взбитыми сливками и клубникой.
Что ж. Не признание в любви, конечно… Но я реалистка. Этот мужчина в любви не признается. По крайней мере — я не представляю, в каких именно условиях это произойдет.
— Будет неплохо, если ты уже вылезешь из кровати, Цветочек, — первым предметом одежды, который Влад надевает перед моими глазами, оказываются… Часы. И на них он смотрит и недовольно кривится. — Мари и Ален скоро приедут.
Ох нет… Снова эти двое…
Мари и Ален — мое личное проклятие в этой поездке…
Я понятия не имею, где Влад с ними познакомился. Знаю только, что они встречали нас аж в аэропорту, и весь наш тур по магазинам нас сопровождали. Мари — крутила, вертела меня, как будто я была её самой любимой куколкой, носилась вокруг меня с вешалками, а Ален и Влад валялись на диване, глушили вискарь, обсуждали какие-то свои темы — что-то там было про бойцовские клубы, лучших в негласных турнирных таблицах.
Они отпустили нас только после этих гребаных бутиков, на которые я тогда уже смотреть не могла.
И вот, сегодня снова! Надеюсь, они не устроят нам второй забег по тому же маршруту?
— Может, мы лучше убежим от них и снова погуляем? — я в лифте тянусь к Владу, касаюсь его локтя.
Он же — окидывает меня критическим взглядом. Чуть ухмыляется.
— Погуляем? Вот так?
Одежду для меня снова выбирал он. И платье, голубое и шелковое, струящееся и легкое. И белое норковое болеро. И белые же туфли…
А тонкую цепочкой с бриллиантовой каплей Влад и вовсе застегнул на моей шее самолично.
