Вдруг приедут родственники и потребуют внука? Она сказала, что не потребуют. Я навел о ней справки. Урожденная Анна Астафьева из южного небольшого городка. Семья обычная, неплохая, работящая, но там пять детей от двух до пятнадцати лет. Камилла самая старшая. Вряд ли им нужен еще один рот. Да я и не собирался жизнь своего сына пускать на самотек. Я уже нашел по-тихому хорошую пару, но пока все вилами по воде. Мне нужно самому увидеть мальчика и понять, что смогу, на что решусь, а что невозможно. И Полина. От нее и ее решения многое зависит.
— Ну я пиццу заказал и еще всякой еды, — доставал из пакетов коробочки. Лиана очень настороженно обошла весь дом. Проверяла. Следы чужаков искала. Господи, как она похожа на свою маму повадками! Ох, чувствую, от с ума сошедших парней отбоя не будет. Я затаил дыхание. Вроде бы довольна осмотром."
"Дочка достала из рюкзака контейнер с бутербродами и положила на стол.
— Мама с собой дала перекус, но я не успела съесть все, — пояснила Лиана. Она не любила школьную еду, ела очень выборочно.
— Мама, говоришь… — я открыл контейнер и взял сэндвич с колбасой и сыром. Откусил смачно. Вкусно. Вот вроде так просто, а вкусно. Полина никогда не была гением кулинарии и мастером изысканных продуктовых шедевров, но я любил ее руки. Все, что она готовила мне было вкусно.
— Когда вкусно, тогда вкусно, — повторила Лиана фразу из шоу, которое любила смотреть с бабушкой.
— Дочь, — я погладил ее по руке, — я очень люблю вас с Илем.
Он ушел руки мыть, так и завис где-то в доме.
— Я хочу, чтобы ты это знала.
— Я знаю, — кивнула, — но, папа, ничего уже не будет как раньше, — и посмотрела таким взрослым и осознанным взглядом.
— Почему? — я практически не дышал.
— Так мама сказала…
И не высказанное: это исключительно твоя вина…
Глава 35
Полина
В девять утра за мной заехал Паша, и я ему это позволила. После жуткой сцены ревности, устроенной Маратом, сначала я испуганно опешила и как-то даже затаилась. Меня напугал Загитов. Еще этот ночной звонок с видео… Он сходит с ума? Я посоветовала бы обратиться к специалисту, но Марат не признавал слабостей. У него все нормально, это я сука, зараза, заноза.
Он, конечно, молодец. Здорово устроился, апеллируя к якобы измене. Как лихо вину разделить может. Я такая же, ну-ну. Правда, я пока ничего не сделала, а даже если бы сделала, какое право он имел предъявлять мне за верность?! Мы расстались. Мы разводимся. Мы больше никогда не будем вместе. Будь я более порывистой и менее рациональной, то бросилась бы в объятия маломальски приятного мужчины, чтобы отрезать себя от мужа окончательно. Чтобы не шагу назад. Он ведь тоже не примет после другого. Возможно, даже перестанет преследовать. Но я так не хотела. Мне не нужен пластырь.