В пленительной СИ-сюжете "Мой обаятельный мерзавец", глава не замечает первоначальной неприкаянности, но с каждым новым поцелуем и толчком встает на другой уровень эмоций. Его дыхание — напоминание о том, что рядом есть страсть и безумная интимность, захватывающая все мысли и мышления....
Мне сейчас было так хорошо, что даже думать ни о чем не хотелось.
Но, постепенно, когда сладкая нега начала медленно испаряться, ее место поспешили занять вполне конкретные мысли. Напрямую связанные с одним обаятельным мерзавцем, чье великолепное тело я сейчас использовала вместо подушки, закинув на него руку и, для надежности, еще и ногу. Это чтоб он точно не убежал…
Но обаятельный сэйр Тобиас Варнадо, похоже, и не думал никуда убегать. А даже наоборот.
— Сегодня кто-то лишил меня возможности заняться чудесным утренним сексом, — внезапно заговорила моя личная подушка, которую я уже мысленно успела прибрать к рукам.
— И никого я ничего не лишила, — возмутилась я.
Но весьма вяло возмутилась, потому что мне было так прекрасно и безмятежно, что даже спорить с этим мерзавцем совершенно не хотелось.
— Конечно, — фыркнул в ответ министр правопорядка, — Видела бы ты свое лицо, когда меня утром у двери провожала. Да там не то, что секс предлагать было неуместно. А я даже всерьез начал переживать, как бы ты с собой ничего не сделала.
"Эх, а мне казалось, что я прекрасно умею держать лицо и прятать свои истинные эмоции. Видимо, не настолько прекрасно, как бы мне того хотелось.
Мой тяжкий вздох глава министерства правопорядка расценил по-своему и поспешил меня утешить.
— Не переживай, Ирис, завтрашней порции утреннего секса нас с тобой никто не лишит, — авторитетно сообщили мне.
— То есть, ты хочешь остаться на ночь? — сочла нужным уточнить я, не веря в собственное счастье.
Неужели все это великолепие не только достанется мне полностью, но еще и проведет в моей кровати целую ночь? А потом утром…
Впрочем, эту мысль додумать я не успела.
— Не хочешь ли ты сказать, что собралась выставить меня за дверь сразу после того, как я признался тебе в любви? — ужаснулся сэйр Варнадо, — Ирис, ты страшная женщина!
Надо же, а я даже не знала, что его голос может звучать так весело и игриво. И что он может шутить так непринужденно.
Не выдержав, я рассмеялась. И, перекатившись на живот, подтянулась повыше и, оставив поцелуй на подбородке одного влиятельного сэйра, торжественно объявила:
— Ладно, так уж и быть.
— Премного благодарен за оказанную честь, — в той же шутливой манере ответил мне глава министерства правопорядка.
А я, как завороженная, глядела на его безмятежную улыбку и все никак не могла налюбоваться. И мое маленькое женское сердечко, только недавно пришедшее в себя, вновь грохнулось в обморок, не веря собственному счастью.
