В пленительной СИ-сюжете "Мой обаятельный мерзавец", глава не замечает первоначальной неприкаянности, но с каждым новым поцелуем и толчком встает на другой уровень эмоций. Его дыхание — напоминание о том, что рядом есть страсть и безумная интимность, захватывающая все мысли и мышления....
А, значит, правящая десятка, держащая всех в страхе последнее десятилетие и вершащая насилие над своим народом, должна пасть.
Томас Шервуд восхищал всех вокруг, стоило ему открыть рот и начать говорить. И я не была исключением.
Томас Шервуд был рожден для того, чтобы возглавить Сопротивление и донести до каждого ту истину, которую правящая десятка пыталась утаить и исказить.
Томас Шервуд был нашим общим голосом.
Он был наделен этим даром убеждения. И, пожалуй, кроме него никто бы так не смог объединить и усилить сопротивленцев.
И сейчас мой кумир, борец за правду и справедливость, тот, за кем я готова была идти и с кем рядом была готова сражаться до последнего вздоха за наше общее будущее, сидел напротив меня.
И смотрел.
Молча.
В ожидании моего ответа…
Когда вечером в пятницу Сурин передал мне, что субботним утром Томас Шервуд снова хочет встретиться со мной лично, я полагала, что расспрашивать меня будут о сэйре Варнадо и о тех документах, что мне удалось передать Сопротивлению.
Но Томас Шервуд меня удивил.
Он предложил мне покровительство.
Личного характера.
* * *И сейчас я сидела, вглядываясь в сумеречную маску, и всерьез раздумывала над ответом.
Это было лестное предложение. И даже очень.
Народный герой, всеобщий любимец. Девушек, желающих получить его личное покровительство, найдется немало.
И после победы Сопротивления их станет только больше. Как и выгод, которые покровительство от главы Сопротивления может дать.
Даже в случае нашего краха, я уверена, что он помог бы мне уйти невредимой и выбраться из страны.
На Томаса Шервуда можно положиться. В этом я убеждена. Как и в том, что он действительно хороший человек.
И предложи он мне подобное пару месяцев назад, я бы не раздумывая согласилась.
А теперь…
А теперь все запуталось и полетело в бездну. И всему виной я сама.
Ну, и еще один обладатель широких плеч, крепких рук и нежных губ.
От связи с сэйром Варнадо будут одни сплошные проблемы. Я понимала это тогда, я понимаю это сейчас.
Каким бы ни был исход, одного из нас двоих ждет смерть. И вопрос лишь в том, кто именно это будет.
Но отчего-то было тошно представлять на своем теле руки не сэйра Варнадо, а кого-то другого. Пусть даже этим другим будет сам Томас Шервуд.
И тоскливо было осознавать, что скоро эта связь оборвется.
И как бы сильно я ни желала победы Сопротивлению и не мечтала о светлом будущем для простого народа, я также сильно не хотела видеть смерти сэйра Тобиаса Варнадо.
