Автор
В Кемеровском приезде случается нечто необычное: двое молодых людей из деревни оказались на глазах у мэра города. Несмотря на очевидную иронию, события развиваются с невероятной интригой, заставляющей задуматься о тонкостях местных связей и личных страстей.
Она намеренно отодвигается и с достоинством принимает белоснежную тарелку с одним золотистым панкейком в центре.
– А мёд можно? – вежливо интересуется.
В мою сторону больше не поворачивается. Не смотрит, как вчера, свысока и нагло. Вообще, никак не смотрит.
Зависаю, глядя вслед удаляющейся округлой заднице. Тая выбирает свободный стол, аккуратно ставит на него тарелку и идет наливать себе чай. Следом за ней шагают к бойлерам как минимум десять пар мужских глаз.
Повезет же её мужику. Всю жизнь мух назойливых отгонять.
– Что вам? Алё-ё-ё… – пытается докричаться до меня «Серкан».
Очередь позади начинает возмущаться.
– А? – потираю гладко выбритый с утра подбородок. – Фух… Что мне… Блины. Пять штук.
Дождавшись своей порции, отправляюсь обратно за стол, незаметно поправляя шорты. Пожалуй, это будет девизом этого отпуска. Поправь стояк, тюфяк!"
"Надо было принять приглашение Рори и зайти к ним ночью на огонёк, но я посчитал, что отдых у нас семейный и блядовать в отеле будет не совсем уместно.
– Завтра папа приезжает, – радостно произносит Сонька, хватая блин с тарелки.
– Да, наконец-то, – мечтательно выговаривает мама.
Полтора года назад родители отметили серебряную свадьбу. Ну, как отметили. Сгоняли вдвоём в Венецию. Они всегда говорят, что это только их праздник, поэтому абстрагируются от нас как могут.
Снова кружу взглядом по светлому залу. Зрачки так и тянет посмотреть в то место, где осела наша Мисска.
Внимательно слежу, как она пальчиками отламывает кусочки от своего панкейка и старательно пережевывает их, как синичка на ветке.
Я не сотрудник отдела опеки, но даже мне кажется кощунственным то, как равнодушно чета Валеевых проходит мимо стола, за которым завтракает их дочь. Как сухо ей кивает отец, а мать и вовсе игнорирует.
Ну и где же пожелания доброго утра?
Ещё ужаснее реакция Таи, потому что этой грёбаной реакции просто нет. Ноль. То есть это в порядке вещей у них. По-валеевски. Как Отче наш, короче!
А… нет, она всё-таки реагирует.
Ох, Максимка!
– Надо было Таю к нам за стол позвать, – произносит мама. – Она там, как неродная. А что это с ней за мальчик?
– Без понятия, – скрываюсь за кружкой с чаем. Ныряю в экран телефона, чтобы отвлечься от разговора.
– Это Макс, мам, – вступает Сонька, немного снизив голос. – Ему Тая понравилась.
