Автор
В Кемеровском приезде случается нечто необычное: двое молодых людей из деревни оказались на глазах у мэра города. Несмотря на очевидную иронию, события развиваются с невероятной интригой, заставляющей задуматься о тонкостях местных связей и личных страстей.
Вместо этого он усадил меня в третий ряд, а сам все время пропадал у ринга. Когда всё закончилось, попросил добраться до дома на такси, потому что у них в команде видите ли «разбор полетов»."
"– Соболев вообще странный, – выговаривает вдруг Мия.
– В смысле, – прищуриваюсь.
Внимательно разглядываю красивое смуглое лицо и большие глаза с длинными ресницами. Внешность у Мии яркая, взрывная. Как и характер. Мы знакомы ещё со школы. Бывало, конечно, ругались, но я уже люблю её, как сестру. Не представляю, что бы могло нас развести.
– У вас что-то было? – тихо спрашиваю.
Эта мысль, как маленькое, ещё не проросшее зерно, сидит внутри давно. С тех пор как Анжела Попова, наша бывшая университетская подруга, его не посеяла, пытаясь всех нас рассорить. У неё, естественно, ничего не получилось.
– Ты совсем ку-ку, Тай? – смеется Громова. – Мирон – мой муж и единственный мужчина, – гордо заявляет.
– А Демидов? – с иронией спрашивает Ива.
– Там ничего не было, я ведь говорила, – нервничает Мия.
Если что-то идет не по задуманному ей плану, она сразу злиться начинает.
– Ну и… что там с Соболевым? – обращаюсь к ней нетерпеливо.
– А что там… странный он, вот и всё. Говорю же. Когда Мир в Европу укатил, мы ведь с ним поруганные были. Я… – нахмуривается она, краснеет и машет рукой. – В общем, поругались с Громовым тогда. В соцсетях он практически не обновлялся. Пришлось искать способы хоть что-то о нем узнать…
Хитрая ухмылка, отражающаяся на довольном лице, даже пугает. Что она могла такого придумать? Мия – эгоистка каких ещё поискать.
– Только не говори, что ты использовала Ваню для этого? – посмеиваюсь. – Соблазняла его?
– Что значит – использовала? – возмущенно отставляет пустую тарелку и откидывается на спинку дивана. – Мы всего лишь пару раз сходили в кафе…
Она закатывает глаза, и внутри меня вдруг рождается ревность. Черная и жгучая.
– И что? – как в замедленной съемке спрашиваю.
Волком на нее смотрю.
– Что… Заторможенный твой парень, поэтому и к тебе не пристает. Я ему «как там Мирон, не в курсе?», а он все в облаках летал. Как задумается, так не дозовешься. Очень удивился, когда узнал, что у меня к Миру давние чувства.
– Информацию-то выведала? – интересуется Ива.
– Пф-ф… Естественно, – разводит руками Мийка. – Правда, о той рыжей, Соболев мне так и не рассказал, хотя всё знал.
