В сером городе Чемальске, в окружении гор Алтая, Сергей просыпается к свету. Его дневной звонок сразу заставляет задуматься о деньгах. Однако его неожиданное встретит веселый Тарасов, который обнаруживает, что все еще спят в субботу. Посмотрев на часы, Сергей удивляется своемому опозданию....
Чуть в стороне росло три огромных дуба, а рядом с ними стоял деревянный домик, около которого насыпан песок, где валялись игрушечная машинка без одного колеса, расколотое ведерко и лопатка. Оглянулась по сторонам и поняла, что мы на задней части резиденции, и отдельный дом, который находился здесь, был как дополнение к особняку. Очевидно, первоначально построенное здание, а теперь заброшенный домик.
Усевшись на песок, совсем забывая про бежевое платье, жалея, что я не в джинсах, улыбнулась мальчику и показала на ведерко, весело предложив:
– Давай с тобой построим пирамидки?
Он удивленно посмотрел на меня и потянулся к ведерку.
– Не бойся, маленький. Ничего страшного. У деток такое бывает. Часто. Потом тебе сделают операцию, и ты забудешь об этом.
Он перестал дрожать. Посмотрел на меня своими огромными светло-зелеными глазами, пытаясь осмыслить мои слова, и сглотнул. А меня как будто парализовало, чувствуя под своими руками на его голове шишки – огромные гематомы. Немного оттянула футболку и увидела на спине уже черные синяки.
«Что творят с ребенком? За что?! Как так можно?! Его избивают… за пальчики, но малыш не виноват! Как такое возможно в доме Котловых?»
Я вновь обняла его, пытаясь не показывать свой страх, и прошептала:
– Давай поиграем?
Мальчик кивнул, но ничего не сказал, и я принялась учить его делать башни и окошки в них, думая про себя, что можно сделать, чтобы помочь ребенку.
– У меня есть конфетки. Будешь?
Он нахмурился, а потом кивнул. Значит, не умеет говорить.
Достала все, что у меня лежало в сумочке: несколько ирисок и две сосульки, и протянула ему.
