Профессиональный охранник встречает девушку, которую защищал четыре года назад. Тогда он оградил её от себя, боясь своих чувств. Судьба дарует им второй шанс, но прошлое и опасность вновь встают между ними. Смогут ли они преодолеть страхи и обрести то счастье, которое так долго искали?
Раздел Chitat.online для книги «Мой Охотник» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Профессиональный охранник встречает девушку, которую защищал четыре года назад. Тогда он оградил её от себя, боясь своих чувств. Судьба дарует им второй шанс, но прошлое и опасность вновь встают между ними. Смогут ли они преодолеть страхи и обрести то счастье, которое так долго искали?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Профессиональный охранник встречает девушку, которую защищал четыре года назад. Тогда он оградил её от себя, боясь своих чувств. Судьба дарует им второй шанс, но прошлое и опасность вновь встают между ними. Смогут ли они преодолеть страхи и обрести то счастье, которое так долго искали?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Увидев, что мама и мальчик спят, вернулась к Андрею и предложила:
– Да. Присядем?
Он покачал головой и показал рукой в сторону выхода на лестницу. Я согласилась, считая странным его пожелание, и пошла за ним.
– Как Лера и мои племянники? – спросила, как только за мной закрылась стеклянная дверь."
"– Хорошо. Но не мне… Уже весь извелся вдали от них.
– Понимаю, – загадочно сказала, радуясь, что все хорошо.
– Ты, правда, хочешь удочерить девочку? – серьезно спросил Шторм
Резко изменилась в лице, считая, что он против, чего не желала слышать, поэтому сказала:
– Да! И мне все равно, кто что думает.
– Нет, я не лезу. Если хочешь, значит, малышка нуждается именно в такой маме, как ты, – категорично произнес Андрей, внимательно наблюдая за мной.
Улыбнулась и, обняв его, прошептала:
– Спасибо. Ты замечательный.
Ухмылка исчезла, и он проговорил:
– Думаю, скоро ты так не будешь думать…
– Ты о чем? – уточнила, пытаясь понять по серым глазам мужчины, в каком он состоянии. Но Шторм редко когда показывал эмоции, только когда зол.
– Ты вышла замуж…
– Да, за Сергея. Мы любим друг друга. И неважно, что раньше… мы расстались.
Мужчина смотрел внимательно на меня, а потом резко выдохнул:
– Это я виноват, в том, что вы расстались.
Непонимающе посмотрела на него, а потом пробубнила:
– Ты ошибаешься. Просто Сергей… он… он… предал меня, но я… простила, – выдала, чувствуя, как сердце сжалось от такого тяжелого признания.
– Он не предавал. Мы разговаривали, и я пригрозил ему, что убью, если он сам не уйдет.
– Не понимаю, о чем ты говоришь… Ведь он…
– О том, что проститутку эту… я к нему отправил и, естественно, у него ничего с ней не было. Достоверно знаю. Платил ей я. И охраннику дал четкие указания, и то, что Волков не приезжал, не мог тебе дозвониться – тоже моя работа. Но я хотел как лучше…
Глава 21
Как будто сошла с ума, соединяя все, осознавая и ужасаясь. Вот так поступил со мной… мой брат. Тот, в ком была уверена, зная, что он никогда не обидит.
«Почему?! Почему?»
– Лучше?! Лучше? Да ты знаешь, что я тогда пережила, когда увидела Сергея с ней? Как ты мог?! – задохнулась от обиды, не имея сил говорить. Как же ужасно, жестоко. Бесчувственный чурбан. Как он мог? Со мной… Неужели так можно?! Что я ему сделала, чтобы он так…
Отошла на шаг и с возмущением прошептала:
– Тогда понятны его слова… Когда он подошел и спросил, дорог ли ты мне…
Шторм кивнул и громко выдал:
– Это я подбил его, сказав, что ты не уйдешь с ним, что не пойдешь против меня, а по-другому он бы не отпустил. Не отпустил. В тот момент я видел в нем угрозу для маленькой девочки. Я потом понял, как тебе было плохо, что у вас все не так, но я считал, что ты должна пожить для себя, повзрослеть…
– Ты… – слезы стояли в глазах. Было так плохо, что хотелось закричать.
