В сером городе Чемальске, в окружении гор Алтая, Сергей просыпается к свету. Его дневной звонок сразу заставляет задуматься о деньгах. Однако его неожиданное встретит веселый Тарасов, который обнаруживает, что все еще спят в субботу. Посмотрев на часы, Сергей удивляется своемому опозданию....
Чувствуя, что в ней поднимается паника, решила пойти в дамскую комнату, но вдруг услышала:
– Рита, хочешь домой?
Радости не было предела. Прочистив горло, она из-под пушистых ресниц посмотрела на напряженное лицо мужчины и тихо произнесла:
– Очень хочу.
Сергей кивнул и, поднявшись, предложил ей руку. Схватив его ладонь, девушка машинально прощалась со всеми, следуя за Волковым. Чувствуя, как ее спину прожигают ненавистью и яростью, она захотела знать, от кого ждать возможного удара в спину. Резко обернулась и встретилась с горящими глазами Михаила, с такой обидой и отвращением смотрящего на нее, что Соркина поняла – он не успокоился.
Резко отвернувшись, чувствуя напряжение в руке Волкова, она посмотрела на него, и, увидев ярость во взгляде мужчины, гневно смотрящего на Поткина, четко осознала, что мира и дружбы здесь не будет. Она все испортила.
Следуя за Сергеем по лестнице, Маргарита переживала, чем закончится их вечер. Охотник был зол, и пусть внешне он не показывал своих эмоций, но темно-синие ледяные глаза излучали ярость и жажду, каждое движение было резким и четким, и это вызывало страх.
Глава 8
Наши дни
Маргарита
Прошло четыре дня, а казалось, что две недели. Теперь Охотник вновь был моей тенью. На следующий день после поцелуя я увидела жесткого, сурового телохранителя, видящего во мне только работу. Не знаю почему, но в груди теплился тяжелый осадок и даже боль, но я отбросила эти мысли в сторону.
Но, несмотря на его равнодушие, когда я выходила из палаты Ивана, чувствовала его гнев, замечая, что он сдерживался, но, тем не менее, ничего не говорил, что пугало. Я знала, что Охотник тяжелый человек, а также, что он очень терпеливый, способный держать все в себе. Главное, когда взорвется, не быть рядом, чтобы избежать катастрофы.
Сейчас мы вновь ехали из больницы. Мужчина молчал, и я тоже, стараясь не издавать ни звука. Уже подъезжая к дому, у него послышался звонок. Он взял трубку, но как только я собралась выйти, не желая мешать, автоматически закрыл двери, не выпуская меня, продолжая говорить:
– Добрый. Зачем? Я охраняю Маргариту. И что? Конкретно. Нет, не собираюсь, если это не требует моего вмешательства. Плевать, что платите. Я сам расставляю приоритеты.
