Госпожа поднялась к себе в карету, устроилась поудобнее и разгладила складки на платье. Волны нежной ветра уже неслись через город, принося прохладу после долгих знойных дней. Следом за юной принцессой в карету села полненькая служанка, готовясь к встрече с новыми событиями, которые предстоят на этом королевстве Аранхарма....
– Мама? – Тайли кое-как приподняла голову.
– Тайли! – подскочила та. – Наконец-то, проснулась! – подбежала к дочери, обняла. – Великая Мирида услышала мои мольбы. Ты дома… теперь все будет хорошо, моя девочка, – ее горячие слезы падали на лоб Тайли.
Конечно же, она тоже соскучилась по матери, только вот сердце ее было не здесь, потому в груди ломило, а слезы душили.
– Мама, – взяла ее за руку. – Мне нужно вернуться, мам, – села в кровати.
– Куда вернуться?
– К ним, к оркам.
– Как? – опешила Тара. – Они же держали тебя в плену.
– Нет. Не держали. Я стала женой орку. Вожаку катаганов, – заговорила тише.
– Женой? – и закрыла руками рот.
– Да. И мы любим друг друга. Всегда любили, – все-таки расплакалась. – Помнишь, когда стояли лагерем у Карстового леса? Я ведь тогда не стрелять из лука уходила и не играть на поле. Я убегала в лес, где повстречала его. Орка. Мы гуляли, мы дружили и уже тогда любили, но невинной, детской любовью. А когда меня похитили, сама Мирида свела нас снова, спустя столько лет.
– Так вот почему ты не хотела покидать лагерь, вот почему закрылась от нас. Из-за него?
На что Тайли кивнула:
– Я не смогу без него, мама. Фаргар не хочет воевать, он хочет мира. Как и хотел его отец.
– Отец? Он сын Радула?
– Да.
– Тайли, – снова обняла дочь. – Я всегда была за мир, но твой отец, он болен. Сильно болен. И беда в том, что имя этой хвори – власть. После того, как тебя забрали, он точно обезумел. Им движет жажда мести, жажда величия. Боюсь, Арвиг не позволит тебе вернуться к мужу.
– Что же мне делать?
Сейчас в комнату вбежала младшая сестра.
– Тайли! – бросилась к ней.
– Милен, – обняла девчушку. – Я так соскучилась.
– Я думала, тебя съели.
– Какая ты добрая девочка, – грустно улыбнулась.
Тара же смотрела на дочь с печалью в глазах. Материнское сердце обливалось кровью, ведь Тайли даже не догадывается о намерениях Арвига. А если узнает? Да это ее просто убьет.
А вечером в покои явился отец, но вел он себя отстраненно, холодно, будто пришел не к дочери вовсе.
– Я рад твоему возвращению, – правитель подошел к окну, даже смотреть предпочел на реку.
– Отец, – девушка поднялась, после порошка в теле еще чувствовалась слабость. – Я хочу поговорить с тобой, хочу попросить…
Но он перебил:
– Тара мне рассказала, – а желваки заходили ходуном на скулах. – И ее слова огорчили. Я думал, что воспитал благородную деву, однако ты разделила постель с дикарем, с грязным орком. Притом добровольно легла с ним.
