О чём книга «Мой палач. Реквием (СИ)»
Женщина просит у человека, который видит в ней лишь орудие мести, шанс на счастье. Но спасение оборачивается адом. Сможет ли она доверить своё сердце тому, кто уже раз её предал, любя монстра на краю пропасти?

Автор
Женщина просит у человека, который видит в ней лишь орудие мести, шанс на счастье. Но спасение оборачивается адом. Сможет ли она доверить своё сердце тому, кто уже раз её предал, любя монстра на краю пропасти?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Мой палач. Реквием (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Женщина просит у человека, который видит в ней лишь орудие мести, шанс на счастье. Но спасение оборачивается адом. Сможет ли она доверить своё сердце тому, кто уже раз её предал, любя монстра на краю пропасти?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Женщина просит у человека, который видит в ней лишь орудие мести, шанс на счастье. Но спасение оборачивается адом. Сможет ли она доверить своё сердце тому, кто уже раз её предал, любя монстра на краю пропасти?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Передо мной Тимур с тяжелым взглядом, а я …стою, как дура рядом с подвалом с горстью стекла в руке. Кажется, я расколола стакан ладонью и даже не заметила.
Еще хуже — я испугалась его. Беса снова испугалась, и он увидел это, став еще более мрачным.
— Ты что тут забыла?
Басит недовольно, а у меня слезы на глаза наворачиваются.
— Прости. Я просто…убиралась тут.
— Не надо извиняться. Черт возьми, твоя рука! Поворачиваю ладонь и вижу, что из нее осколок стекла торчит. Как меня так угораздило, Господи.
— Аай, больно!
— Иди сюда.
Даже опомниться не успеваю, как Тимур на руки меня подхватывает и несет на кухню. Усаживает прямо на стол.
— Не сжимай ладонь. Сейчас.
Вижу, как мужчина открывает шкафчик, после чего возвращается с маленькой аптечкой в руке.
— Что ты там делала? Скажи, на кой черт туда пошла?!
Сжимаюсь вся от его резкого голоса. Бес. Это точно настоящий Бес без всяких масок. Его интонация и грубость. Виновато поджимаю губы. Знаю, я сглупила.
— Не надо было идти туда. Извини.
Вижу, как Тимур тяжело дышит, отвернувшись от меня спиной, и оперевшись сильными руками на столешницу. Явно злится. На меня. Не надо было туда идти. Понимаю уже.
— Мы уедем отсюда. Скоро. Ася, я знаю, что тебе тут тяжело.
При этом Тимур поворачивается, и мы взглядами с ним встречаемся. Вижу отпечаток боли на его лице. Он не говорит об этом, а я…забыть не могу. Так и живем, стараясь не вспоминать.
— Хорошо. Как скажешь.
Мужчина подходит ближе, и осторожно руку мою осматривает, перехватив своей, недовольно сдвигая брови.
— Стекло застряло, вытащить надо. Сейчас.
— Хорошо. Я потерплю.
Хочу съязвить, что мне не впервой боль от него чувствовать, но вовремя затыкаюсь. Не к чему уже это. Я сама приняла решение быть рядом со своим палачом, который делал мне очень больно намеренно, и в итоге отказался от мести. Тимур меня спас…спас тогда, когда у меня уже не было шанса на жизнь.
— Смотри, на улице черный снег пошел. Нравится?
Как только глаза к окну перевожу, тут же чувствую острую боль в руке.
— Аайй-ай, ай!
Вскрикиваю, когда мужчина одним махом стекло вынимает из моей руки, кладя его на стол, довольно усмехаясь моей глупости.
— Не кричи.
— Обманщик!
— Все уже, мотылек. Все.
Из ранки начинает выступать кровь, которую Тимур быстро промакивает, и тогда я вижу старый шрам на ладони. Он мне его сделал. Острым клинком порезав руку. Замираю, когда Бес проводит пальцами по этому уже давно побелевшему тонкому шраму. Весь напрягается, и я осторожно свою ладонь поверх его кладу.
— Ничего. Заживет. Говорю тихо, но взгляд мужчины темнеет, и я замечаю, как сильно ходят желваки на его скулах.
— Осторожнее в следующий раз! Не хочу тебя латать снова. Ты и так вся в шрамах. После меня.
Бросает как-то грубо, и я затихаю. Вот он настоящий. Бес, которого я до дикости боюсь.