В Мой плен утопает читателей в переплетении судьбы и интриги. Когда героиня оказывается под обстрелом, жизнь мгновенно становится выбором между добром и злом. Атмосфера напряженности и страха окутывает страницы, заставляя каждое слово биться до последней капли в душах персонажей....
Однако в следующий момент, он насильно поднял мое лицо ладонью, и небрежно потрепал меня за щеку.
— Хватит портить свое милое личико, этой кислой миной. — Произнес он недовольно. — Не переживай, я о тебе позабочусь!
Переместив свою руку на мою шею сзади, Ларин подтолкнул меня к выходу, и я сразу оказалась под контролем грозной охраны. Лихорадочно оглянувшись, я позволила себе последний раз взглянуть на мужчину, который за это короткое время, стал для меня всем… Это время, которое заменило мне всю жизнь, стало частью моей жизни, теперь безвозвратно превращалось в куски воспоминаний.
Я проглотила тяжелый ком глядя на него с дрожью и щемящей обидой в груди, которая обрушивалась на меня беспощадными волнами. Внутри мучительно медленно стягивался узел сдерживаемой боли и эмоций, но я заставляла себя держаться. Разочарование и презрение пропитывали меня, и теперь все, что было между нами, представало в ином свете — отрезвляющем и проходящим терновыми прутьями по сердцу.
Руслан перехватил мой взгляд. Стойко и терпеливо выдержал его, не проявляя безучастность, а напротив, будто понимая без слов все, что я чувствую. Все, что хочу сказать. Это было прощание понятное только нам обоим. Все что мне осталось, прежде чем он сам нарушил этот контакт, сделав короткий кивок, и я под контролем охраны покинула дом.
Оказавшись на ночной улице, я жадно вдохнула, ощутив запах весеннего дождя.
Все как во сне. В страшном сне, который кажется реальнее жизни…
Черный джип уже стоял прямо у входа, а следом еще один сопровождающий внедорожник, куда в этот момент рассаживалась охрана.
Дождь заморосил, оставляя капли на окнах, и я прерывисто выдохнула, фантазируя, что это небо плачет со мной! Жалеет меня и участливо ласкает, рисуя дорожки на стекле.
Дверь с противоположной стороны так резко открылась, что я вздрогнула, наблюдая, как на сидение рядом опустился Ларин."
"— Погнали. — Хмуро велел он, оправляя на себе дорогое пальто.
