В Мой плен утопает читателей в переплетении судьбы и интриги. Когда героиня оказывается под обстрелом, жизнь мгновенно становится выбором между добром и злом. Атмосфера напряженности и страха окутывает страницы, заставляя каждое слово биться до последней капли в душах персонажей....
Я напряглась, и растерянно озираясь на бандита, не спеша сделала, что он сказал. Залезла в черную ванную с золотой сантехникой позади себя и не успела выпрямиться, как услышала:
— Включай душ и мойся.
Я с каким-то глупым видом уставилась на мужчину, который оперся спиной о раковину внимательно наблюдая за мной. Глядя на него непозволительно долгое время, я под страхом услышать его недовольство нервно выдохнула и отвела взгляд, чувствуя ужасное смятение и неловкость. А кто говорил, что будет легко Юля? Если он так решил меня наказать… это еще не самое страшное!"
"Неумелыми движениями я переключила душ и настроила воду.
— Дома ты тоже так моешься? — услышала я строгий голос, и с пунцовыми щеками украдкой взглянула на мужчину.
Конечно же я продолжала прикрываться руками, как могла, и поэтому процесс мытья был крайне неудобным. Не зная, как быть, я растерянно застыла под открытым вниманием черных глаз. В какой-то момент мужчина склонил голову и предостерегающим тоном спросил:
— Помощь нужна или сама справишься!?
Я тут же напряглась, содрогнувшись от его слов и прерывисто выдохнув, зажмурила глаза. Медленно повернувшись боком, я убрала руки с интимных мест, и продолжила процесс, рассеяно обливая, согревая и расслабляя тело.
— Бери мыло, Юля, тебе каждый шаг нужно диктовать!?
Проклиная про себя этого бандита всеми словами, я отложила душ и увидев первый попавшийся тюбик выдавила мыло себе в руку. Оно пахло пшеницей и распределив его в ладошках я начала неуверенно натирать плечи и шею. Мой растрепанный хвост неприятно прилип к спине, и в другой ситуации я бы додумалась свернуть волосы сразу…!
Намылив руки, спину, живот и особенно уделив внимание ступням, я уже уверенно смывала все водой, когда услышала стальной голос:
— Разве ты все помыла?
Медленно выпрямившись, я поджала губы, покосившись на мужчину, и отложив душ, снова потянулась к мылу.
— Повернись ко мне! — раздался приказ, с нотами, которых я боялась больше всего.
