Не так я себе представляла знакомство с его ближайшей родственницей, ох, не так!
– Ольга Станиславовна, поверьте, с Владом все хорошо. Он улетел в командировку в Казань. Срочно. Вернуться должен к концу недели. Да я буквально только что разговаривала с ним! Попробуйте сами наберите, может, он еще не спит.
Вновь окинув меня пронзительным и леденящим душу взглядом, мама Влада, на удивление, слушает меня и вытаскивает телефон из сумочки. Пару раз нажимает на клавишу разблокировки и бросает в сердцах:
– Сел!
– У вас есть зарядка? – я начинаю суетиться, пытаясь показаться радушной хозяйкой.
– Да проходите, что ж вы в дверях стоите! – Ольга Станиславовна одаряет меня таким взглядом, что хочется голову в плечи втянуть. Но я должна была проявить всю свою воспитанность и гостеприимство. – Зарядите телефон и поговорите с сыном. А я, – опускаю взгляд на рубашку на себе и возвращаю смущенный и извиняющийся взгляд на обалдевшую женщину, – пока переоденусь.
Пячусь к двери в спальню и пулей залетаю в комнату.
Достаю первый попавшийся под руку спортивный костюм и натягиваю его одной рукой, а второй набираю Влада.
Но бесполезно! Ответом мне служат длинные гудки, а потом телефон и вовсе оказывается отключен.
– Да чтоб тебя, Влад Сергеевич! – ору на трубку, бросаю аппарат на кровать. Глубоко вдыхаю и выдыхаю и шагаю за дверь спальни, направляясь в гостиную, словно на эшафот.
Там Ольга Станиславовна стоит и рассматривает фотографии Влада на стене. Осторожно останавливаюсь в дверях и наблюдаю за женщиной.
Она очень красива: среднего роста, с отменной фигурой, на которой ни грамма лишнего веса, упакованная в стильное платье чуть ниже колен. Модное каре обрамляет лицо, а на нем минимум косметики.
Только сейчас замечаю, как сильно Влад похож на мать. Та же горделивая осанка, тот же прямой нос, те же губы и волосы. А вот глаза у Ольги Станиславовны голубые, не как у Влада. Очевидно, это единственное, что досталось Бесстужеву от отца.
Подхожу ближе и то же смотрю на фото в рамке.
Там Влад, загорелый, с мокрым голым торсом, улыбается, стоя в брызгах морской воды и держа в руках доску для серфа. Он такой счастливый на снимке, что мои губы каждый раз непроизвольно тоже растягиваются в улыбке.
– Это моя любимая фотография, – вырывается неожиданно, а Ольга Станиславовна вздрагивает, как будто до этого не замечала меня. Снова чувствую на себе изучающий взгляд, от которого мороз по коже, и спешу перевести тему.
