"
"Эта надпись показалась Максиму жестким стебом, чем-то за гранью.
Я тебя люблю, и я же тебя убью…
Впрочем, все, что происходило этой ночью в его дворе, казалось ему чем-то нереальным. Настолько ужасным, что в принципе не может случиться в реальности.
Труп уже увезли на экспертизу, но от этого никому не стало легче.
Максиму казалось, что из-за всего этого он тихо сходит с ума.
Он вырос в этом доме! Он въехал сюда снова после того, как отец подарил ему эти хоромы на свадьбу. Он поселил здесь свою жену…
Он купался в этом бассейне каждое лето, провел здесь с Полиной массу вечеров.
А под дном треклятого бассейна лежала она… Родная, любимая…
Мама, по которой он дико скучал все детство. Та, которую почти всю жизнь ненавидел за то, что бросила.
Только вот она не бросала. Она все это время была здесь.
Он не мог этого понять, принять, свыкнуться.
Ближе к семи утра, когда все потихоньку начали расходиться, к Максиму подошел Денис.
– Я сегодня же оформлю ордер на обыск дома твоего отца, если фото действительно есть, мы его найдем, арестуем убийцу, – пообещал друг.
– Ага, – кивнул Максим.
И понял, что времени у него в обрез.
Отца арестуют… И тогда ни он, ни Виталик уже не доберутся до него, не подержат за горло.
Брат возник словно из ниоткуда.
Они вдвоем проводили полицейских. Потом переглянулись и, не сговариваясь, бросились к джипу Максима.
Ордера, расследования, аресты, тюрьма – это все нужно и замечательно.
Но сначала этот подонок должен ответить перед сыновьями. Долг обществу – потом.
Глава 39. Зачем он это сделал
В свои пятьдесят пять лет Владислав Александрович Ребров считал себя мужчиной хоть куда.
Все при нем. Еще вполне презентабельная внешность, даже несмотря на седые виски. Опять же должность. Наконец-то он получил то, чего добивался столько лет, – стал мэром!
Это ли не достижение? Это ли не показатель того, насколько он значимая фигура?
Все при нем – власть, деньги. Имеется даже молодая красавица-жена, чтобы разделить с ним успех.
Наконец он мог с уверенностью сказать – его жизнь идеальна.
Почти…
Вот сходит, полюбит жену как надо, и будет совсем хорошо.
Этим утром он как никогда нуждался в порции ласки от дорогой женушки, которая еще вчера вечером закрылась от него в гостевой комнате.
– Настенька… – позвал он ее нежно.
В ту минуту постарался не показать, что ее игра в прятки уже изрядно ему наскучила.
На самом деле он терпеть не мог, когда Настя проводила ночь в гостевой. Но понимал, что после экзекуции брать ее в постель сразу нельзя. Надо дать немного прийти в себя.
Женская психика – хрупкая вещь.
Передавишь чересчур сильно, и получится, как с первой женой…
Каждый раз, когда вспоминал о ней, с сожалением вздыхал.
Баба была – огонь.