В кухне жены Максим чувствовал себя подобающим гостем, в то время как Полина использовала взгляд для шантажа. Вкус завтрака упал на мозг мужчины, но самое острые ощущения давали глаза женщины — каждый ее взгляд казался неудержимой попыткой контролировать жизнь мужа.
Широкое стекло жалобно дзинькнуло, брызнуло осколками наружу, запуская на кухню холодный зимний воздух.
Максим уставился на черную дыру в оконной раме и застыл, чувствуя, как ветер обдувает лицо. Потом огляделся, двигая головой будто робот. Обвел взглядом еще совсем недавно уютную кухню, где они с Полиной столько раз вместе завтракали и ужинали.
Комната напоминала поле боя. В ней не осталось ничего целого. Даже в двери холодильника была вмятина, причем не одна."
"Больше никогда он тут с Полиной завтракать не будет.
Эта лживая предательница больше не пожарит ему здесь ни одного стейка, не сварит кофе. Не улыбнется…
И так ему стало хреново от осознания всего этого, что захотелось выть. Громко, протяжно, как делают раненые звери, когда понимают, что пойманы в железный капкан.
Максим опустил взгляд на свои руки.
Умудрился изрезать пальцы о стекло.
Царапины кровили, но Максим не чувствовал боли, по крайней мере физической.
Инфаркта не случилось.
Максим подвигал плечами, словно отгоняя от себя всю ту жуть, которую сам же и натворил.
Прислушался, пытаясь определить, где именно в ту минуту находится жена.
Отчего-то был уверен, что выйдет в гостиную, а Полина там.
Как бы они ни ругались раньше, она никогда никуда не уходила.
Наверняка плачет, ждет его, станет давить на жалость, просить прощения. А он не в состоянии слушать ее брехливые речи.
Поэтому он выйдет в гостиную, возьмет Полину под локоть и выставит вон с чемоданами.
Плевать, куда она пойдет. Пусть едет к бабке в ее обветшалый дом. Пусть катится ко всем чертям. Это больше не его дело.
Полина – больше не его дело.
Однако жены в гостиной не оказалось.
Максим удивился, пошел ее искать.
Пока обходил комнаты, все продолжал крутить в голове одну и ту же мысль: почему Полина не смогла стать такой, какой он хотел ее видеть? Послушной, милой, верной в конце концов.
Сам давал немало. Последний год только и жил тем, что обеспечивал ее хотелки, заботился о ней, оберегал. Что получил взамен?
Эта дрянь даже не удосужилась ответить ни на один вопрос. Его же очень волновали детали ее измен. С кем, когда, сколько раз… Как умудрилась держать в секрете? Хреновый он следователь, если такое пропустил. Считай, профнепригоден.
Сапожник без сапог, женатый на гулящей сучке.
