Верой во всем, что у нее ни разу не казалось возможным, девушка продолжала скрывать свой страх перед соседом-оборотнем. Однако теперь его планы натянули тугую ленту между ними, и она готова взять ответственность за свои шаги в одиночку.
Заведя меня на кухню, оборотень, мягко дёрнув за руку, усадил на широкий диванчик.
— Сейчас сделаю кофе и поищу чего в холодильнике, — объявил он свои планы.
Я замерла, сидя в обнимку с сумкой и горой собственной одежды.
— Хотя, давай, иди в ванну, — развернувшись, он вышел сам, открыл ближайшую дверь, что-то тихо прогремело, и мужчина снова появился в зоне видимости.
Видя, что я продолжаю сидеть, он подошёл и, выдернув у меня сумку из рук, положил рядом со мной на диван.
— В академии тебе во сколько нужно появиться?
— К двум, — пробурчала я растеряно.
— У нас куча времени, тогда я сам тебя отвезу. Как раз успею и тебя закинуть на учёбу, и на встречу явиться. У меня последние три дня сплошная беготня.
Взяв мои вещи, оборотень поморщился. Я и сама понимала, как выглядят эти тряпки.
— Знаешь, Диана, в одном ты права, я из правящего клана, и мой отец глава поселения. У нас тоже есть с десяток семей сатиров. Да гуляки, да работать не заставишь мужиков, но чтобы их дети в таком ходили, в подворотнях ночевали… Это уже чересчур даже для твоей расы.
Я пожала плечами. Да, остальные семьи сатиров у нас благовиднее были.
— Что с твоими не так? — прямо спросил он.
— Не знаю, — честно созналась я, — всегда так было, сколько помню себя. Отец у меня неплохой. Запойный просто, а мать, как с работы идёт, сразу зачем-то выпивку покупает.
— Нет ничего хуже женского алкоголизма, по-хорошему, лечить их нужно. Не знаю, куда смотрят главы рода и поселения.
Я снова, по-дурацки, пожала плечами.
— А ты никогда не думала уехать отсюда? — он подошёл ко мне ближе и склонился, оперевшись ладонью в стол.
Мой взгляд упал за ворот его рубашки. Жаркая волна смущения прошлась по всему телу. Я видела его обнажённую грудь: такие мощные мускулы, гладкая кожа и небольшая дорожка волос вокруг сосков.
— Диана, ты готова уехать? — повторил он свой вопрос, я моргнула и отвела взгляд в сторону.
— Да, готова. Очень хочу в город к людям, но пока меня никто не отпустит, — в моём голосе появилась странная хрипотца.
— Об этом и думать забудь. Я имею в виду с мужем сменить поселение?
— За Изебора замуж я не пойду, а так даже если бы и насильно выдали, так он сынок главы рода. Он отсюда ни в жизнь не уедет
— А если, скажем, муж не сатир этот, а кто посторонний, и предложит уехать. Согласишься?
— Впереди него побегу, — мои губы сами собой растянулись в широкой улыбке.
