Верой во всем, что у нее ни разу не казалось возможным, девушка продолжала скрывать свой страх перед соседом-оборотнем. Однако теперь его планы натянули тугую ленту между ними, и она готова взять ответственность за свои шаги в одиночку.
Вот так куда приличнее.
Схватив свою грязную домашнюю футболку, я неуверенно двинулась в сторону кухни по коридору. Благояр обнаружился там. Оборотень стоял у распахнутого холодильника и гипнотизировал взглядом его содержимое.
— Что там? — спросила я, подкравшись к мужчине со спины.
— Мне нечем тебя накормить, — признался он. — и доставки в наш город нет.
Чуть сдвинув его, я, прошмыгнув под его рукой, взглянула на полки.
— Ну ничего себе нечем угостить! — выдохнула я, глядя на битком забитые полки.
— Если ты сможешь с этого приготовить ужин, радость моя, то холодильник весь твой.
Плотоядно улыбнувшись, я залезла в недра этого хранилища вкусностей.
Глава 32
Через час мы дружно ели жареную картошку с колбасой и салатом из овощей. Запах на кухне стоял просто фантастический, аж слюнки текли. Хоть я и волновалась, боясь упасть лицом в грязь, но ужин вышел просто замечательный. Может, и простоват, но для меня так пир. И картошечка хрустела корочкой, и помидорки в салате лежали красивыми кусочками.
— Вкусно, — отправив в рот ложку салата, оборотень улыбнулся, — но, вообще, я предпочитаю мясо.
— Это жалоба? — сощурившись, поинтересовалась я. Мой взгляд скользнул по его белой майке, которая совсем не скрывала мощь мускулов и их размеры.
— Нет, это тебе на будущее, чтобы знала, чем меня баловать, — Благояр заметил моё внимание к своей персоне и странно улыбнулся, да так, что у меня внизу живота стало необычно жарко.
— Будущее?! — я смущённо покачала головой.
Благояр замер с ложкой и внимательно на меня посмотрел. В его глазах появилось нечто странное, колючее и немного расчётливое. Сглотнув, я поняла, что он так же, как и я всего пару мгновений назад, разглядывает мою фигуру, скрытую под его футболкой. Поджав нижнюю губу, я поправила съезжающий на плечо широкий ворот.
— Сколько тебе лет, Диана, только предельно честно? — Благояр медленно положил ложку на стол и откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.
"— Ну, если предельно честно, то девятнадцать лет и семь месяцев, — пробормотала я, ощутив очередную волну крайнего смущения. Со мной творилось что-то странное. Волнующее. Мне одновременно хотелось и смотреть на этого мужчину, любоваться им, и бежать отсюда подальше, и спрятаться так, чтобы не нашёл.
Я сама себя не понимала.
