В комнате идет неспокойно: часы упоминают утро воскресенья, где-то за стенкой слышится писк. Я — единственная здесь, снедаемая тревогой за брата, которого все думают спящим. Прежде чем появляться перед ним, я должна быть готова к любой ситуации.
Спасение! Звонила Настена.
– Привет! – радостно пропищала я ей в трубку, уже в своей комнате, – Как дела?
– Там Настя? – спросила мама, заглянув ко мне. Я кивнула, мама подошла и крикнула в трубку:
– Настюш, она тебе перезвонит, слышишь? Мы завтракаем!
Это еще что за новинка года! Такого раньше мамуля не делала. Я удивленно на нее уставилась, пока Настька в трубке прощалась со мной и просила после трапезы отзвониться. Я нажала отбой.
– Мы просто хотим с вами поговорить, – сказала мама. Я если честно, приготовилась к известию о том, что у меня будет еще один брат, слава Богу мелкий, то есть еще поддающийся воспитанию.
– Дети, – начал отчим, когда я присоединилась к сидящим на кухне, – мы решили съездить в отпуск, потому что у нас не было так называемого медового месяца, да и вообще, давно не отдыхали…
– О! Класс! – я улыбнулась, – Конечно, вам нужно поехать отдохнуть!
Борис Николаевич воодушевился моим одобрением и продолжил с еще большим энтузиазмом:
– Мы уже внесли часть денег на путевки, но… есть одна проблема…
Мы с Андреем переглянулись, видимо, впервые в жизни мы были с ним солидарны.
– Вы, – кратко пояснил он.
– Мы? – в один голос спросили МЫ."
"– Вы! Как вас оставить одних? Вы же поубиваете друга друга! Андрей, ты взрослый мужчина, руководишь людьми на работе…
Тут я не удержалась и фыркнула, тоже мне, руководитель, учит, куда и как молоток положить. Родители посмотрели на меня строго, а Андрей как слон на муравья.
– …Ты должен контролировать свои эмоции, – продолжал Борис Николаевич, – она же девчонка еще совсем, а ты мужчина.
Я опять фыркнула. Но Андрей на меня посмотрел так красноречиво, что я сразу же вспомнила его операцию по поиску трусов и покраснела.
– Мы переживаем, – вступила мама, – за вас. Даже хотели после сегодняшних ваших разборок отказаться от поездки…
– Ма! Ты что? – я перепугалась, тут счастье мамы, да и десять дней полнейшей свободы, пусть и с братом-дураком через стенку под угрозой.
Теперь фыркнул Черенок. Я грозно посмотрела на него, он словно понял, что ему эти десять дней свободы тоже не помешают, и сказал:
– Да все будет хорошо, мы ж не маленькие, в самом деле! Только пусть мне Сенька готовит ужины и все!
Я чуть тут же не кинулась через стол выцарапывать ему глаза.
