Автор
В Михалычевском лицее пять девочек на один. Четвертка вступает в притязания за главную роль — собственный сводный идеал. Главная героиня, первокурсница Алина, не просто борется с толпой, но и противостоит глубоким внутренним страхам. А вокруг нее рушится мир: друзья-сестры, любимый учитель — все мигом перестраивается в препятствия, ставшие непреодолимыми преградами на пути к своей цели....
«Тася, он твой сводный брат!» ― раздался в голове голос папы.
Я на секунду закрыла глаза и поджала губы.
«Прости, пап…» ― сказала я про себя, совершенно точно понимая, что нас уже ничто не остановит.
Но распахнув глаза, я встретилась с отрешенным взглядом Руслана.
Он медленно убрал руку от моих волос и переместил ее на дверной косяк, к которому я прижималась лопатками. Опустил голову, несколько раз моргнул, затем медленно провел рукой по лицу и отошел от меня на пару шагов.
― Черт… ― он снова провел рукой по лицу и поднял на меня взгляд, в котором явно угадывалась фраза: «Я совершил огромную ошибку».
― Руслан, не смотри на меня так… ― одними губами проговорила я, не понимая, что происходит.
― Тась, я… не знаю, что на меня нашло. Прости…
Руслан запустил пальцы в волосы, набрал полные легкие воздуха и в полной растерянности помотал головой.
― Я правда, правда не хотел, чтобы так вышло Тась… Дурак, ― усмехнулся он. ― Думал, так я отомщу ей… ― сказал он ни столько мне, сколько себе.
― От-томстишь? ― ломающимся голосом переспросила я.
И тут мой взгляд упал на рамку с фотографией его бывшей, валяющуюся на полу, затем в голову проникли слова песни о разлуке и ревности, которая заиграла вот уже в третий раз.
И я начала возвращаться с небес на землю, с горечью осознавая, что двигало Русланом, когда он решил меня поцеловать.
― Этот поцелуй был местью Лике? ― мой голос задрожал, а по щекам предательски скатились слезы.
Руслан не мог найти слов, но они и не требовались.
Воздух закончился. В одно мгновенье в этой комнате не осталось ни грамма кислорода. Я стала задыхаться от мысли, что мои губы, мое тело, мои чувства к Руслану стали жалким орудием мести.
Мести! Мести! Мести, черт возьми! Это не было взаимным влечением. Это. Была. Отместка. Бывшей!
Я выбежала в коридор, с трудом подавив в себе острое желание разрыдаться. Распахнула дверь в свою комнату, закрыла ее на замок и, упав на кровать лицом в подушку, дала волю слезам.
Меня раздирало от того, насколько же сильно я ошиблась, подумав, что Руслан долгое время скрывал свои чувства.
Не было у него никаких чувств.
Я их придумала.
Да так от них ослепла, что не заметила, насколько он был пьяным и отчаявшимся, когда накинулся на меня с поцелуем.
Разве это состояние можно было спутать со страстью?
Можно. Если ты, конечно, полная дура. Если твоя душа ― общежитие, в которое может зайти любой.
