Второй том дневниковых записей известного балетмейстера и общественного деятеля. Автор размышляет о своем пути в искусстве, о театре, творчестве и противоречивом восприятии его деятельности окружающими. Личные наблюдения и откровенные размышления о роли художника в современном обществе.
Раздел Chitat.online для книги «Мой театр. По страницам дневника. Книга II» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Второй том дневниковых записей известного балетмейстера и общественного деятеля. Автор размышляет о своем пути в искусстве, о театре, творчестве и противоречивом восприятии его деятельности окружающими. Личные наблюдения и откровенные размышления о роли художника в современном обществе.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Второй том дневниковых записей известного балетмейстера и общественного деятеля. Автор размышляет о своем пути в искусстве, о театре, творчестве и противоречивом восприятии его деятельности окружающими. Личные наблюдения и откровенные размышления о роли художника в современном обществе.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Мы с Мариной Тимофеевной присели за стол, обсуждая, каким будет ее портрет, а мой приятель продолжал рассматривать картины, висевшие на стенах гостиной. Внезапно он издал торжествующий вопль: „Боже!“ Замерев перед высокой этажеркой, на которой красовался роскошный старинный самовар, украшенный гирляндой медалей, Игорь воскликнул: „Вот она – истинная красота!“ На тот момент мой приятель был помешан на коллекционировании самоваров, покупал их, даже по деревням за ними ездил."
"Лицо Семёновой, еще секунду назад такое любезное, приняло недоброе, подозрительное выражение. Я тоже напрягся. „Валера! – продолжил Амчиславский страстно. – Вот будет здорово, если ты напишешь Марину Тимофеевну на фоне этого самовара! Гениальный портрет получится!“
Тут грянул гром. „Что-о-о-о-о-о?“ – грозным рокотом пронеслось по комнате. Семёнова медленно привстала со своего стула: „Меня?! Великую Семёнову на фоне самовара?! Ишь что удумал! Вон отсюда!!! Вон! Вон!“
С невероятной ловкостью она подскочила к Игорю: „Вон, я сказала!!!“ Лупя его шалью, свернутой в тугой жгут, Марина Тимофеевна гнала беднягу до самой двери и даже выскочила вслед за ним на лестничную клетку, желая убедиться, что этот болван действительно убрался вон, убежал.
Я замер, не смея пошевелиться. Семёнова появилась в комнате с победоносным видом. „Валерий, вы больше этого… человека ко мне не водите! Какой-то он… подозрительный! – и с негодованием добавила: – Ну надо же, чтоб такое пришло в голову! Меня! Меня – на фоне самовара! Дурак! Ей-богу, дурак!“
Стоит ли говорить, что после этого случая все разговоры о семёновском портрете прекратились. Какое-то время я даже на класс к Марине Тимофеевне рисовать не ходил, боялся, что она меня просто выгонит, вспомнив про самовар», – завершил свой рассказ Валерий Стефанович.
7
Семёновой не стало 9 июня 2010 года. Она пережила Матильду Кшесинскую на три года… Вспомнилось, как в Австралии на берегу океана в симпатичном ресторанчике Марина вдруг заявила, что хочет «пережить эту стерву Кшесинскую». Семёнова слов на ветер не бросала.
В театре вывесили некролог. Прошло три дня – никакой информации ни о прощании, ни о похоронах. А жизнь идет. Репетирую, потому что у меня две «Спящие красавицы», 15-го и 17-го июня. И вдруг до меня доходит известие, что семье Семёновой отказали в захоронении Марины Тимофеевны на Новодевичьем кладбище и что хоронить ее будут на Троекуровском.
Удивительно! Но никому, кроме меня, это не показалось странным.
