Второй том дневниковых записей известного балетмейстера и общественного деятеля. Автор размышляет о своем пути в искусстве, о театре, творчестве и противоречивом восприятии его деятельности окружающими. Личные наблюдения и откровенные размышления о роли художника в современном обществе.
Раздел Chitat.online для книги «Мой театр. По страницам дневника. Книга II» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Второй том дневниковых записей известного балетмейстера и общественного деятеля. Автор размышляет о своем пути в искусстве, о театре, творчестве и противоречивом восприятии его деятельности окружающими. Личные наблюдения и откровенные размышления о роли художника в современном обществе.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Второй том дневниковых записей известного балетмейстера и общественного деятеля. Автор размышляет о своем пути в искусстве, о театре, творчестве и противоречивом восприятии его деятельности окружающими. Личные наблюдения и откровенные размышления о роли художника в современном обществе.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
22
Я не поверил своим ушам, когда услышал, что «филькину грамоту» против Цискаридзе подписал и мой педагог Н. Б. Фадеечев. Он вышел из кабинета худрука последним, долго сомневался, подписывать ли ему это письмо. Филин и тут не растерялся, пообещав Николаю Борисовичу, что за это он сделает его младшего сына Сашу солистом.
Я перестал в театре со всеми педагогами здороваться, молча проходил мимо. Единственное, чего я не смог себе позволить, – не здороваться с Фадеечевым. К тому же мы с ним по-прежнему сидели в одной гримуборной. Но в один репетиционный зал с Николаем Борисовичем я больше никогда не вошел. Перестал поздравлять его с днем рождения и праздниками. Я больше никогда не работал ни с одним педагогом. Никто не мог мне заменить Фадеечева.
Как-то приехал в Петербург, встретился там с И. А. Колпаковой. Она, конечно, была в курсе моих мытарств в ГАБТе. Ирина Александровна сказала: «Коль, ты знаешь, наступает возраст у нас, артистов, когда педагог не нужен вообще. Нужен иногда просто взгляд со стороны: человек, который скажет – вот здесь не сутулься, тут ногу не так поставил… Потому что голова твоя все сама знает, надо только тело поддерживать в тонусе. Есть же у тебя тот, кому ты как профессионалу доверяешь. У меня, Коля, последние годы так было – кто-то из кордебалетных, возрастных артисток мне говорил: „Ир, вот это было хорошо, а тут надо додержать позу“. Я к их замечаниям всегда прислушивалась».
Как же я благодарен Ирине Александровне за этот вовремя данный, такой важный для меня совет! Я стал делать, как она сказала. У меня были Леночки Андриенко и Буканова, Маша Александрова, мои концертмейстеры, которые могли что-то по делу подсказать.
Я сам с собой начал репетировать, причем всегда после класса, чтобы нагрузку не снижать, тренировать дыхание. «Баядерка» у меня занимала дольше всего – 15 минут. Все остальные балеты – 10 минут. Я сразу проходил от начала до конца всю танцевальную часть партии, а потом уже по кусочкам что-то чистил.
Однажды встретились с Фадеечевым у расписания: «Здравствуйте, Николай Борисович». Он мне как ни в чем ни бывало: «Ну что, Коко, как дела?» «Хорошо всё», – ответил я. И вдруг мне так больно стало, что передать невозможно! Я его так любил!
3 февраля 2013 года Фадеечев отмечал свой 80-летний юбилей на сцене ГАБТа, давали «Лебединое озеро». Из всех его учеников танцевал только Цискаридзе.
На финальных поклонах, взяв свои букеты, а их было очень много, я подошел к ложе, где сидел Николай Борисович, протянул ему цветы. Потом под овации зрителей вывел его перед занавесом. И как-то так получилось, что мы остались вдвоем на сцене. Я не удержался: «Ну что, Николай Борисович, кроме Коли у вас нет ученика, кто может ваш юбилей станцевать?» Он ничего не ответил.
