Оливер обычно избегает заманивать женщин с амнезией в брак. Но этот раз отличается. Когда женщина, которая должна была бы быть моей мечтой, оказывается перед ним на коленях — он не может устоять. Этот момент открывает новые грани их отношений и вызывает множество вопросов о том, что она могла бы сделать в такой ситуации....
Расскажи мне, что случилось, малыш."
"— Мы не были у врача уже лет пять, не меньше, и никогда у пластического хирурга. Он чертовски ненавидит все медицинское. Но в последнее время он выглядел намного счастливее. Я думал... я думал, что на этот раз все будет по-другому.
Значит, Оливер тоже заметил перемены. В моей голове закрутились колесики, кусочки сшивались воедино.
Я вздохнула, погладив Олли по плечу.
— Ты отвел его к пластическому хирургу.
— Я хотел узнать, сможем ли мы восстановить его лицо. Вернуть ему уверенность в себе.
Я не стала говорить о том, что мы оба знали: Себастьян никогда не будет прежним. Его лицо никогда не станет той идеальной скульптурой, которой оно было раньше. Доктор может пересадить кожу, имплантировать хрящи, силикон или что-то еще, восстановить губы, но следы ужасной аварии все равно останутся.
Они не смогут полностью стереть шрамы, рассекающие его лицо. Останутся следы, и люди, которые когда-то знали его, заметят разницу между Старым Себом и Новым Себом. Он навсегда останется с клеймом своего прошлого.
— Он потерял себя, Обнимашка. — Олли покачал головой, уставившись на воображаемую точку за моим плечом. — Он просто вышел из себя. Накричал на врача, запугал медсестру, швырнул стул в стену. Это было плохо.
Я сглотнула, сжимая губы в плотный комок.
— Я на пределе своих сил, Брайар. — Оливер запустил пальцы в волосы, сильно потянув за них. — Я больше не могу. Он не хочет выздоравливать.
— Ты не можешь заставить его. Так не бывает.
Путь Себастьяна был его собственным.
— Я знаю. — Оливер провел костяшками пальцев по щетине. — Но я подумал, может быть... раз уж вы двое, кажется, ладите... — Он замер, осознав свою ошибку.
Мой позвоночник напрягся. Он знал о моем визите к Себу?
Я подтянула ноги к груди и обхватила их руками.
— Олли?
Он поднял плечо.
— Однажды я поймал вас и подслушал. Ты заставила его есть пиццу.
— Почему ты ничего не сказал?
— Я подумал, что Себ просил тебя не говорить мне. Он думает, что я увижу, как он занимается обычными делами, и восприму это как приглашение вытолкнуть его из пещеры.
Я бросила на него взгляд, кричащий «да ну».
Оливер хлопнул себя по лбу.
— Он был прав, не так ли?
— Он не готов.
