Оливер обычно избегает заманивать женщин с амнезией в брак. Но этот раз отличается. Когда женщина, которая должна была бы быть моей мечтой, оказывается перед ним на коленях — он не может устоять. Этот момент открывает новые грани их отношений и вызывает множество вопросов о том, что она могла бы сделать в такой ситуации....
Я решила сама дотащить свой чемодан до отеля Grand Regent Beverly Hills и вошла в вестибюль. Автоматические двери с шепотом захлопнулись. Трейс, швейцар, поприветствовал меня кивком.
Аромат цитрусовых и кожи приветствовал меня дома, хотя я вряд ли назвала бы его знакомым. Я провела здесь всего четырнадцать часов тридцать дней назад и едва успела распаковать некоторые вещи, прежде чем отправилась на Карибы для съемок.
Изнеможение цеплялось за мои не выспавшиеся конечности. Я как раз собиралась поставить свой чемодан на свежеотполированный мрамор, когда что-то маленькое и твердое столкнулось с моими ногами, обхватив их с яростной решимостью.
Маленькая девочка ухмылялась, все еще сжимая мои ноги, как будто я могла уплыть, если она отпустит их.
— Привет. — Она была миниатюрной, с кудрявыми волосами цвета белого песка, в горячих розовых дорожных свитерах и кроссовках со светящимися лампочками.
Я наклонилась, чтобы разжать ее кулаки, а затем положил ладонь ей на плечо.
— Ты заблудилась? Ты ищешь свою сестру?
— Ты моя сестра, глупышка.
Я моргнула, немного ошеломленная.
— Прости?
Она провела глазами вверх и вниз по моей длине.
— Ладно. Все в порядке.
— Что в порядке? — Я огляделась в поисках помощи, но в маленьком лифтовом алькове никого, кроме нас, не было.
— Твое лицо.
— М-м-м... А?
— Мама говорит, что люди становятся похожими на своих родных, когда вырастают. Она погладила меня по щеке своей крошечной рукой. — Я хочу твое лицо.
— Так не бывает, глупышка. — Это сказал мальчик ее возраста, огибая угол в закутке. — У нас разные мамы. Ты такая глупая, Роуз. Не могу поверить, что мы близнецы.
Роуз скрестила руки, наконец-то отступив от меня, чтобы встретиться с ним взглядом.
— Это ты тупой, Брайан. У нас тот же отец, что и у Брайар. Дурак.
Она знала мое имя.
Она. Знала. Мое. Имя.
В голове мелькнула дикая мысль. Она не имела смысла, но все же имела. Брайан и Роуз. Брайар Роуз. Святое дерьмо.
Брайан встал в один ряд с Роуз, почти идентичный ей, если не считать стрижки и нахмуренных бровей.
— Но он не сделал ее одной.
— Неважно. — Роуз откинула кудри на плечо. — Ты думаешь, что знаешь все только потому, что ты больше нравишься учителям. Ты нравишься им только потому, что целуешь их задницы.
Я выпрямилась и уткнулась в стену, не обращая внимания на писк лифта.
— Вас зовут Брайан и Роуз?
— Ага. — Роуз засияла. — Папа сказал, что назвал меня в честь тебя.
