Оливер обычно избегает заманивать женщин с амнезией в брак. Но этот раз отличается. Когда женщина, которая должна была бы быть моей мечтой, оказывается перед ним на коленях — он не может устоять. Этот момент открывает новые грани их отношений и вызывает множество вопросов о том, что она могла бы сделать в такой ситуации....
Но он не хотел, чтобы она была здесь.
У нас были ядерные аргументы по телефону по поводу ее переезда сюда. В конце концов, он ничего не мог поделать.
Это был мой дом.
Я прервал ее любовные утехи с щенками, потянулся к полкам из черного ореха от пола до потолка и достал голубую розу, которую выбрал заранее.
— Роза для моей Брайар Роуз.
Брайар подняла голову, ее рука обхватила Гизера. Трио бегал вокруг нее кругами, виляя хвостом так сильно, что его тело раскачивалось из стороны в сторону, не обращая внимания на сдержанную мамину улыбку.
Мое сердце сжалось, и я даже не знал, почему.
— Ты помнишь? — прохрипел я.
— Думаю, да. — Ее пальцы перебирали лепестки голубой розы. Она казалась завороженной этим. — Я помню, как ты рассказывал мне, что каждая роза должна быть окрашена индивидуально, и что тебе приходится заказывать их откуда-то издалека. — Она подняла глаза.
Была, пока я все не испортил.
— Да. — Я прочистил горло. — Да. Каждый день я дарю тебе одну из этих роз.
— Каждый день? Подожди. — Она изучала розу, поднося ее к естественному свету, проникающему через окна. — Она не крашеная. Их выращивают вот так. Мне показалось, ты сказал, что их не разводили.
— Нет. — Я почесал затылок, желая унять жар, поднявшийся к щекам. — Некоторое время назад я вложил деньги в ботанический стартап, которым руководила команда ученых из Дэвиса, Корнелла и Гарварда.
Я сказал, что избавился почти от всех следов Брайар.
Ключевое слово: почти.
Она была как надоедливая опухоль, засевшая во всех закоулках моих самых жизненно важных органов. Даже самый талантливый врач не смог бы удалить ее всю одним махом.
Брайар подпрыгнула на носочках и от волнения сжала розу в кулаке. Ее голова закружилась в поисках двора.
— Можно мне посмотреть?"
"— Не спеши, гонщица.
Она прислонилась щекой к розе и улыбнулась мне.
— Мы все еще ездим на Женевское озеро?
Я улыбнулся в ответ, уверенный, что опухоль только что сбрила еще одно десятилетие моей жизни.
— Постоянно, Обнимашка.
21
Оливер
Надо отдать себе должное - я довольно быстро оправился от первоначального шока, выдав себя за ее жениха.
