Автор
Мой Темный Ромео — это драматический роман о молодых людях, решивших бросить все на отсчет и изменить свою жизнь. Сюжет разворачивается в мире где тени несут ответственность за преступления, а свет вынужден скрывать свои подлинные намерения. В этом романе нет простых героев — каждый персонаж имеет свою собственную сторону лукавства и предательства, и это делает чтение необычайно живым и захватывающим....
— Брюс, да? — ее глаза сузились, нога отодвинулась назад.
— Да, — он склонил голову в притворной скромности. — Не нужно делать храброе лицо, моя дорогая. Я видел видео в социальных сетях…
— Ты знаешь, что говорят о социальных сетях, — Печенька рассматривала свои наманикюренные ногти со скучающим видом. — Это не что иное, как ложная реальность.
Шелли шагнула вперед, пытаясь выбить хоть какое-то признание из моей невесты.
— Но ты выглядела такой разъяренной…
— О, да, — Даллас рассмеялась, накручивая прядь волос на палец.
Я мог поцеловать ее в тот момент.
Конечно, она, вероятно, откусила бы мне губы в качестве расплаты.
Разочарованные, Брюс и Шелли бросились в сторону, когда отец, наконец, направился к Даллас.
Моя кровь остыла в жилах.
Мои мышцы напряглись.
Я припарковал собственническую руку на ее талии.
Даллас приняла во внимание общее благополучие моего отца. Или его отсутствие. Миллион вопросов плясали в ее медовых глазах.
Я надеялся, что отец видел каждый из них.
Он ненавидел мысль о том, что люди знают, что с ним произошло. Что его сильное тело подвело его, и он скоро увянет сам в себе.
Вот почему он решил уйти в отставку до того, как широкая публика сможет увидеть, что с ним сделала его болезнь.
Отец схватил руку Даллас и поднес ее к своим губам, установив с ней зрительный контакт.
— Ромео, она восхитительна.
— У меня есть глаза, — сообщил я ему.
— У тебя тоже есть руки, и они, кажется, все на ней. Расслабься, — он усмехнулся. — Она ведь никуда не собирается бежать, верно?
Даллас изучала окружающих ее людей, пытаясь прочесть атмосферу. Было очевидно, что между присутствующими мужчинами вспыхнула неприязнь.
Подстраховав свои ставки на безопасные акции, она взяла Монику под руку и улыбнулась.
— Я бы с удовольствием помогла вам на кухне, мама.
— О, я не заходила на свою кухню с тысяча девятьсот девяносто восьмого года, — она махнула рукой. — Это все слуги.
Даллас ослепительно улыбнулась, но я мог сказать, что ей не понравилось, как Моника использовала слова «слуги».
Была ли у моей юной невесты мораль? Вряд ли.
Лучше не узнавать.
