В новом романе "Мой учитель Лис", автор описывает мир, где отношение к животным кардинально изменилось. В Лондоне подростки восхищаются хищниками и даже создают сообщество для обсуждения их поведения. Опасный и загадочный учитель Лис становится ключом в расшифровке этих изменений, открывая новые грани дружбы, жестокости и веры в природу....
Я дал понять, что владею информацией и просто хочу поговорить, а в этом мне редко отказывают.
— А, так мы здесь просто для разговора? — с надеждой выдохнул я.
— Само собой, — серьёзно подтвердил месье Ренар. — Не для разборок и драк, да и кто дерётся с женщинами? Если мы побьём их, то в этом нет ни капли славы. Если же они побьют нас, это вообще будет верх позора! Верно?
Мне на минуточку показалось, что в густом тумане мелькнули чьи-то тени. Я хотел спросить Лиса, заметил ли он, но тот лишь приложил палец к губам, призывая к молчанию.
Тени двигались, потом раздался вполне явственный скрип колёс, и вдруг почти прямо перед нами из ниоткуда материализовалась инвалидная коляска, которую толкали две сиамские кошки из «близких к природе». В самой коляске, закутанная в плед, сгорбатившись, сидела пожилая кошка, на вид куда более старая, чем та же мисс Рози.
Мой учитель удовлетворённо кивнул и, сложив руки перед грудью, отвесил гостье церемонный поклон на восточный манер. Старуха-сиамка в коляске едва качнула головой.
— Здляствуйте, мисье Лянь-ци. Ми слисали, сто ви хотели видеть насю госпозю, — с певучим азиатским акцентом промурлыкала одна из кошек. — Сто ви хотели ей сказять?
— Во-первых, я хотел ещё раз поклониться мадам Фури Вонг, — с мягкой улыбкой начал мистер Лис, месье Ренар, Лисицын или, как я теперь уже знаю, Лянь-ци.
От таких слов и такой наглости даже у меня перехватило горло. Туман дрогнул, и за спиной у женщины в коляске мгновенно встали пять шипящих от ярости сиамских кошек. В их лапах подрагивали ножи, спицы и тонкие цепи с крючками на концах. Да, когда надо, мой скромный наставник умеет завладеть всеобщим вниманием.
"— Мадам Фури Вонг, милые дамы, надеюсь, вы не сомневаетесь, что как джентльмен я могу быть очень любезным, — невозмутимо продолжил Лис. — Когда захочу. Но сейчас не время для реверансов. Вы перешагнули красную линию, пролив кровь. Вы сами вызвали меня на этот пустырь, когда сволокли сюда тела трёх девушек, придушенных вами в разных концах порта. Кого заинтересуют две красотки-«киски», тащащие на себе третью, едва передвигающую ноги.
