Автор
Ребекка Маршалл чувствует себя неловко в Букингемском дворце, хотя ее новая роль — фрейлина королевы Виктории — кажется невероятной. Она приближается к своей главной награде, но это обещание таит в себе множество загадок и непредсказуемых событий.
Оказалось, что он идет рядом!
Нет, нужно немедленно стереть с лица это ошеломленное выражение! В конце концов, она уже виделась и разговаривала с ним. Совершенно не обязательно, чтобы он знал, какое впечатление он на нее производит! Что же до его внезапного появления… наверняка он ждал, когда выйдет Элизабет. Может, он и не проводил с ней весь день?
При этой мысли настроение Ребекки немного улучшилось.
И все же она не верила, что он искал с ней встречи.
— Вздор, — бросила она, продолжая шагать по коридору. — Если вам так уж понадобилось поговорить со мной, могли бы постучать в дверь.
— Нет. Это не выход.
— Почему?
— По той же причине, по какой вчера нам не стоило танцевать больше одного танца. Из-за злых языков.
А вот это весьма сомнительно! Он так привык обольщать женщин, что окружающие уже привыкли к его победам. Скорее всего просто не хотел, чтобы об этом узнала Элизабет. Вполне вероятно, именно поэтому она на него рассердилась и упрекала за вчерашний вальс с Ребеккой.
В конце коридора она свернула за угол.
Пытаясь не выдать себя, она спросила:
— Это очередной допрос? Или те самые предостережения и угрозы, о которых вы упоминали?
Вместо ответа Руперт преградил ей дорогу. Ребекка не сразу сообразила, что нужно остановиться, и поэтому столкнулась с ним. Именно этого он, по всей видимости, и добивался. Ребекка отступила, а Руперт ловко поймал ее в импровизированную ловушку: загнал к стене и уперся руками по обеим сторонам от ее плеч.
Она сразу вспомнила вчерашний вечер. Почти точно так же он стоял перед Элизабет. Очевидно, это вошло у него в обычай. Подобная поза дает больше возможности флиртовать с женщинами. И многие из них, возможно, приходят в восторг. Но только не она!
— Почему вы молчите? — спросил Руперт. Его лицо было так близко, что Ребекка ощущала теплое дыхание на своей щеке. Сердце колотилось так, что казалось, вот-вот выскочит из груди.
— Ну что, Бекка? Кошка украла ваш язычок?
Ребекка вдруг поняла: он привык, что женщины теряются от его дерзости и не реагируют так быстро и возмущенно, как следовало бы.
Ребекка не придумала ничего лучшего, кроме как выдавить:
— Не зовите меня так.
— Значит, вы не Ребекка Маршалл?
— Ребекка, но мы недостаточно долго знаем друг друга для подобных фамильярностей.
— Снова изображаете негодование, радость моя? — рассмеялся он.
