Антон Паркуется на стоянке возле дома своей новой жены. Черный «БМВ» растворяется в толпе машин. Антон прикуривает сигарету и наблюдает через закрытое окно, откинувшись на сиденье. Район элитный: блестящие башни, стеклянные двери, огромные холлы. Здесь всё по-европейски — даже детские площадки и дорожки для прогулок....
Улыбаюсь ему в ответ, прошу позвонить перед обедом и выхожу их машины. Быстро забегаю в здание бизнес-центра, прячась от моросящего дождя. Стряхиваю капли с волос и сумочки и ныряю в лифт, на ходу расстегивая пальто. Сегодня как-то резко похолодало – дождь холодный и ветер промозглый.
Пока лифт поднимается, снимаю пальто и поправляю строгое тёмно-бордовое платье. Новые ботильоны на каблуках оказываются очень неудобными. Я еще не успела толком в них походить, а уже болят ноги.
Выхожу из лифта, и уже в коридоре меня накрывает диким волнением, словно вот-вот произойдет что-то нехорошее.
Запах.
Я чувствую его запах.
Такой дерзкий, окутывающий, обезоруживающий. Успокаиваю себя тем, что мне просто кажется, и что любой другой человек может спокойно приобрести такую же туалетную воду. Но как только распахиваю дверь офиса, понимаю, что не ошибаюсь. Аверин здесь, нагло сидит на столе секретаря и что-то ей рассказывает, играя брелком от ключей, а та хихикает, краснея и глядя на него горящими глазами. Я знаю, как он может очаровать за пять минут – взглядом, наглостью, напором и харизмой.
Глава 5
Антон
– Доброе утро, – холодно произносит Таня, обращаясь к секретарше, которой я минуту назад нес какую-то чушь, пытаясь расположить к себе и пробить все о коллективе. Кому как не секретарше знать последние сплетни.
– Приветик, – здоровается Люба, а Тата делает вид, что меня нет.
Именно делает вид. Заметно, как тяжело ей держать лицо. Только пока непонятно: я до сих пор ее волную, или это реальное раздражение и ненависть.
Таня снимает пальто, а под ним бордовое платье. Все строго, но облегает ее фигуру, выделяя достоинства. Бедра у нее стали больше, круглее, аппетитнее, ножки стройнее, и грудь прибавила – невозможно не облизнуться. Материнство ее изменило, и мне, сука, нравится. Безумно нравится. Настолько, что хочется сорвать с нее все эти тряпки и посмотреть на обнаженную, а лучше потрогать, заклеймить, еще раз присвоить себе.
– Анжела у себя? – строго спрашивает Тата и вынимает из тумбы черную папку.
– Да, – отвечает секретарша. – Познакомься, это… – Люба хочет меня представить, но Таня демонстративно быстро заходит в кабинет начальницы, делая вид, что не слышит. А вот я наоборот, сжираю ее взглядом.
– Она всегда у вас такая строгая? – спрашиваю у Любы. Милая девушка, смешливая, хочется потрепать по щечке и дать конфетку.
