Антон Паркуется на стоянке возле дома своей новой жены. Черный «БМВ» растворяется в толпе машин. Антон прикуривает сигарету и наблюдает через закрытое окно, откинувшись на сиденье. Район элитный: блестящие башни, стеклянные двери, огромные холлы. Здесь всё по-европейски — даже детские площадки и дорожки для прогулок....
– Разберёмся, – мент вытаскивает наручники, а уже двое других страхуют сзади, пути к отступлению нет. Даже так?!
– То есть отказаться я не могу?
– Нет.
– А наручники зачем?
– Чтобы у вас не было соблазнов сбежать, – цинично усмехается мужик. – Не советую сопротивляться, если не хотите припечататься мордой в капот.
Выхода у меня нет, мордой об капот я не хочу, сопротивление повлечет последствия.
– У меня есть право на звонок?
– А это спросите у следователя. Руки за спину!
Неохотно подчиняюсь, лихорадочно обдумывая план действий, и вариантов мало, а точнее их нет.
"Меня сразу привезли в СИЗО, а не в изолятор, как положено. Запихали в обшарпанный и прокуренный кабинет на цокольном этаже, где из мебели только стул.
В закрытом помещении без окон и часов теряется счет времени. Мне кажется, что проходит вечность.
Через какое-то время слышу щелчок замка, в комнату входит здоровый лысый боров и запирает за собой дверь. Никаких опознавательных знаков, без формы, в черных джинсах и в водолазке с закатанными рукавами.
Резко поднимаюсь на ноги, осматривая потолок, камер в комнате явно нет, никто не будет снимать «методы дознания», поэтому я могу сопротивляться. Руки скованы, есть надежда на ноги.
