- Лина! У тебя все хорошо!? Ответь немедленно! - требую я, прислушиваясь к тишине через льющуюся воду.
- Лина, мать твою! Открой немедленно! - кричу я, понимая, что если она сейчас мне не откроет, то я вышибу эту чертову дверь. Слышу щелчок замка, дверь открывается. Лина, наконец, сняла с себя эту тряпку, называемой платьем, и приняла душ. Стоит передо мной в домашней простой футболке и пижамных штанах, глазки красные прячет, и бледная немного. Такой маленькой в этот момент кажется, теплой и домашней. С ноги на ногу переминается, не зная, что делать. Теперь я узнаю в ней прежнего Ангела.
- Почему ты не уехал домой? - спрашивает она настороженно.
- Я хотел убедиться, что с тобой все в порядке.
- Со мной все в порядке, за исключением того, что я ничего не понимаю, что вообще между нами происходит, - совсем по-взрослому говорит она.
- Если бы я только знал, Ангел. Если б знал... - она не дослушивает, обходит меня, проходя в спальню.
- Иди домой. Тебя Марина ждет. Переживает, наверное, - говорит она. Да, меня ждет Марина. Ждет.... И мне действительно надо идти к ней. Туда где мое место. К женщине, которую я выбрал сам.
Прохожу на кухню, беру чай, отношу его девочке. Захожу в спальню, ставлю чашку на тумбу рядом с ней. Лина лежит на кровати, обнимая подушку, утыкаясь в нее носом.
- Я чай сделал, выпей его, пожалуйста. Тебе легче станет.
- Ты думаешь, мне поможет чай? Нам поможет? Мы выпьем с тобой чай и, все наладится? - иронично отвечает она.
- Ангелина, - глубоко вдыхаю, подбирая слова. - Прости меня. Я сам во всем виноват. Этого не должно было случиться. Ты и я, мы просто не можем...
- Не надо, - прерывает она меня. Я все понимаю. Я знаю, что это неправильно. Плохо. И Марина, она не заслуживает этого всего. Я надеюсь, она никогда этого не узнает. И тебя понимаю.... А себя нет, впервые со мной такое. Но все, наверное, когда-нибудь проходит. Забудется и будет казаться смешным. Так моя мама говорила. И я в это хочу верить.
- Ангелина... Я...
- Не надо ничего говорить. Просто посиди со мной пока я не усну. А я быстро усну. Устала, да и алкоголь еще до сих пор немного кружит голову. А потом уходи, - я просто не могу ей отказать, потому что сейчас она права, девочка все понимает лучше меня. И рассуждает здраво.
Присаживаюсь рядом с ней на кровать, облокачиваюсь на подушки. Лина поворачивается ко мне боком, и осторожно кладет руку в район моего сердца.
- Так сильно сердце у тебя бьется, - конечно, сильно, оно из груди сейчас вырвется. Я так много хочу ей сказать, объяснить все, разложить по полочкам, но слова застревают где-то в горле. Ладонью своей ее руку накрываю, немного поглаживая ее тонкие пальчики. И в потолок смотрю. Ангел жмется ко мне, утыкаясь носом в плечо, дышит размеренно. Так проходят минуты, мне кажется, девочка уснула, но я не смею пошевелиться и потревожить ее.