Автор
Таисия, уже третий день заставляющаяся быть идеальной, но каждый раз убеждается, что настоящие любовь и гармонию приносят только несчастные случаи и случайности. Таисия Соболева (Валеева) — это Адель, колючая и прямолинейная, которая, будучи всего лишь восемнадцатым, уже чувствует себя героем романтической саги о том, как неуместные приключения могут изменить жизнь до неузнаваемости....
Спит, ест, гуляет…
– Спасибо, что заботишься о нем, – выговариваю тихо.
Фотографий пса у Соболева просто миллион. На прогулке, дома, даже в офисе. И… с маленькой Таей – дочкой Мирона и Мии. Девочку узнаю сразу, уж больно она мою подругу детства похожа. Такая же темненькая, глазастая и красивая…
Когда неожиданно вместо малышки с «Полканом-Ириской» на снимке вижу полураздетую Алису Бах, вопреки здравому смыслу зависаю.
Душа, когда-то разорванная в клочья, воспринимает этот кадр как предательство.
Это моя собака…
И муж мой.
«Ты сама его бросила» – вопит внутренний голос.
– Я не смогла сразу забрать щенка, – говорю, передавая телефон Ване. Он не любезничает, обнимает мою руку вместе с мобильным и кидает его на панель прямо перед собой. – Но сейчас я уже освоилась в Москве, если он тебе мешает… Я могу забрать…
Соболев громко хмыкает.
– Хер-то там, – кидает на меня темнеющий взгляд. – Это моя собака.
Ровно ту же фразу повторяет, что и я полминуты назад.
На светофоре смотрим друг на друга.
Как я могу ему сказать об Элли? Он меня никогда не простит.
Открываю рот, чтобы прозондировать почву.
– Собаку делим. Охренеть, – Ваня грубовато смеется. – Хорошо, что у нас детей нет. Их бы еще делили.
Зажмуриваюсь, облизывая пересохшие губы.
– Ты ведь хотел детей, – напоминаю.
– Хотел, – он поигрывает нижней челюстью и резко стартует с места.
– Получается, больше не хочешь? – отстраненно интересуюсь, пока он паркуется.
– Больше не хочу, – усмехается.
В первой городской больнице быстро распространяется информация, что приехал сын мэра и… ее невестка. Сначала мы как все сидим в очереди, но потом к нам выходит главврач и вот, меня уже везут на рентген и тут же выделяют отдельную палату.
Ваня отлучается, чтобы взять кофе в автомате на первом этаже, а я растираю зафиксированную бинтом ногу.
Дверь хлопает, и я поднимаю лицо.
Без удивления с интересом смотрю на гостью в медицинском костюме и белых кроксах.
– Привет, мам, – равнодушно здороваюсь.
– Значит, это правда, Тая? Ты снова с ним? Просто поверить не могу, что ты все съела и простила его, – разводит в стороны руки мама.
*
Дорогие мои, прошу прощения за задержку.
