Автор
Хельга в знакомом доме смотрит на пустую изголовную кровать и слышит тихий стон ночью. Вспомнить об этом месте было невозможно, но он всегда был здесь — напоминание о предательстве мужа и о том, что никогда больше не вернется домой.
На груди красовался маленький орден; спустившись, я поинтересовалась:
— За что вас наградили?
Эльф бросил взгляд на орден, смахнул с золота невидимую пылинку и ответил:
— Награда святого Мартина, выдается за заслуги в медицине. Я разработал особый артефакт, который спасает от заражения крови.
— Вот это правильно! — одобрила я. — Хорошее дело всегда должно награждаться.
— Хорошее дело не должно остаться безнаказанным, — усмехнулся Анарен. — Так говорят мои родители.
— Вперед, — выдохнула я. Да, на нас будут показывать пальцами — ну и пусть.
День выдался замечательный: теплый, солнечный, совсем летний. Выйдя на улицу, я увидела целое семейство, которое несло корзины с грибами, и подумала: вот бы тоже пойти пособирать. Опята были красивые, с круглыми шляпками и ровными ножками, не крупные и не мелкие — самое то для того, чтобы одну половину пожарить с картошкой и наесться, как следует, а вторую замариновать.
— Анарен, смотрите, с какой мы добычей! Зря вы с нами не пошли, — улыбнулась она. Во взгляде, направленном на меня, плыло мягкое любопытство. Анарен улыбнулся в ответ."
"— Много работы, госпожа Браунберг. Кстати, знакомьтесь: Хельга Густавсдоттир, моя помощница.
Несколько минут мы потратили на приветственные словеса, пожимание рук и светские фразы ни о чем.
Он неправильный эльф — я уже успела в этом убедиться. Но если есть на свете что-то правильное — то это как раз оно.
— Как насчет завтра поужинать у нас? — предложил господин Браунберг. — В этом году отличные яблоки, мы будем печь шарлотку.
— Я не против, — согласился Анарен. — Принесу эльфийское вино, знакомые прислали с юга.
Он не договорил.
