Автор
В комнате полыхают пламенящиеся огоньки от компьютера, создавая непостижимую мистическую атмосферу. Егеря, с его нечеловеческой суровостью и злобным смехом, теперь кажется даже умирающим стариком в кресле — это лишь начало тревожного приключений.
Сейчас Родриго выйдет, попрошу…
— Думаешь, почему помогает? — вопросы Эва задает правильные. И это еще сильнее тревожит.
Она вообще… Тревожит.
После душа, переодевшись в что-то воздушное из предложенного Родриго, как он сказал, от «экс эспосас» оставшееся, она опять стала похожа на нежную невинную нимфетку. И мне это категорически не нравится.
Нет, понятное дело, что сама Эва мне нравится, и я бы не отказался… Да ни от чего не отказался бы.
Но вот эта странная пестрая хрень на ней только нервничать заставляет.
Сам я надел свои карго и чистую футболку. Ствол, собранные ножи и бабки распределил по карманам. Если придется уходить, то не просто так…
— Не знаю, Эвита, — вздыхаю я, — в принципе, аргентинцы — приветливые… Ну, это нам с тобой с самого начала чуть-чуть не свезло. А вообще… Они гостеприимные, любят европейцев… Может, просто решил помочь…
— Адуана — это такое название таможни, — неожиданно говорит Эвита, и, в ответ на мой вопросительный взгляд пожимает плечами, — я слышала это слово на границе… Спросила у сопровождающего…
— Как вообще все произошло? — я не упускаю случая цепануть за ниточку, — по порядку расскажи.
"А сам думаю, чем нам может грозить общение с таможенником… Мне-то ничем, а Эвите?
Хотя, даже если и вышлют из станы, то и хер с ним. С радостью свалим. Главное, чтоб мужик порезанный не всплыл…
Глава 6
У нее — красивые глаза… Когда не строит из себя наивняшку.
Сложные. Выдающие непростую натуру.
Родриго этого не видит, весь расплылся маслом по своей круглой, вымощенной камнем площадке для асадо.
Она ему улыбается, опускает черные ресницы. Прикольно, ресницы и брови у нее черные, а волосы — светлые.
Пушистым одуваном вокруг головы, словно нимб… Странное впечатление вообще от нее, непонятное.
Вроде как, понимаю, что пиздит, понимаю, что вообще, может, ни слова правды не сказала за все время, что мы вместе тут робинзонадой занимаемся… А все равно вместе с настороженностью — азарт первооткрывателя.
Смотрю на худые костлявые плечи, острые ключицы, ямочка между ними… Платье это дурацкое, цветастое… Улыбка смущенная. Она в основном разговаривает с Родриго, а на меня поглядывает, когда думает, что я не вижу.
Между нами — открытый огонь.
