Автор
В комнате полыхают пламенящиеся огоньки от компьютера, создавая непостижимую мистическую атмосферу. Егеря, с его нечеловеческой суровостью и злобным смехом, теперь кажется даже умирающим стариком в кресле — это лишь начало тревожного приключений.
— Отъебись, — хамлю я, уже устав от его подколок. Ну в самом деле, сколько можно?
— Да я-то че? Я ниче… Ты с Масей сам потом говорить будешь… Советую придумать душещипательную историю. Она сейчас немного плаксивая, реагирует остро. Пожалеет тебя, слепого придурка. А мы с Котом поржем.
— Не сомневался даже…
— Слушай, а может, ну ее, а? — Егерь разворачивается ко мне, подпирает небритую рожу волосатым кулаком, смотрит серьезно, — она ведь дохренища проблемная… И явно не хочет, чтоб ты ее догнал…
— Мне плевать, — честно отвечаю я, даже не задумавшись.
— И чего тогда?
— И заберу себе.
Слова даются легко. Удивительно, насколько.
Со стороны Егеря невнятное бульканье, словно он моими откровениями давится. Но мне на него смотреть не интересно. Лучше в потолок.
— Конь… — нерешительно и крайне серьезно спрашивает Егерь, — а может, тебе того? Полечиться? По-моему, ты прочно крышей съехал.
— Да с чего ты взял, что это она?
Возражаю я больше для порядка. Потому что… Понятно, что Родриго мы ничего не рассказываем о своих подозрениях. Для него вообще две блондинистые чикиты — жертвы, в основном, хотя и крайне загадочные и шустрые.
Но между нами с Егерем нет недопониманий. И сомнений, практически, нет. Я ему рассказал про свои наблюдения за Эвой, и выводы были сделаны правильные.
— Хватит, блин, — морщится Егерь, — меня больше тревожит твой настрой дикий. Как ты собираешься ее… Убеждать? Если найдешь, конечно?
— Разберусь.
Я говорю это уверенно, и, кстати, на редкость уверенно себя ощущаю. Эвита — моя.
Я это ощутил тогда, ощущаю и сейчас.
Она оказалась нереально сложной добычей, но нереально сильно заводит. А еще больше заводит то, что впервые в жизни я чувствую себя правым. До конца.
Это все — серьезно отдает маниакальностью, это тупо и больше подходит каким-нибудь дикарям, где за бабой ухаживают ударом дубинки по башке и утаскиванием ее в логово.
