Но, нет, сама тут мучиться и проклятья на стихию насылать будет, но, чтобы обмолвиться, что не справляется, — да что вы? Это же позор! Вот же, ведьма закостенелая! Нет, такую в жены только последний дурак возьмет, ну или ведун, на худой конец, позарится.
Еще раз глянув на котелок и поразившись объему готового завтрака, я ужаснулась. Как же тут угадать: сколько воды, сколько крупы, сколько соли и не ошибиться. У нашего повара Фаяра в таверне таких кастрюлек не было. Ну, максимум литров на десять.
Вытянув руки на бревенчатом столе, я положила на них голову.
Как-то я эту практику не так себе представляла.
— Малика. Чего ты там скучаешь? — меня окликнула Саманта. — Пойдем, поможешь. Мы на обед картошку чистим.
Я вскинула брови вверх и засмеялась."
"— Ты шутишь, да?! — воскликнула я. — А у меня каникулы. Так что картошку, морковку и прочие овощные прелести, я буду чистить в учебный период и исключительно в рамках наказания.
Услышав моё заявление, Саманта скисла. А я представила, сколько там картошки, если нужно накормить тридцать ведьмочек и шестьдесят молодых магов — воинов.
Объём вырисовывался нехилый. Моя совесть имела неосторожность пробудиться.
— Ладно, давай сюда свою картошку. Раз уж мне подвезло не маяться с ужином и обедом, так тебе помогу. Но помни моё добро! — поддела я ее.
Все-таки староста бывает очень полезной, особенно, если ты проспал, но не хочешь видеть в журнале отметку о твоем отсутствии.
На стол передо мной быстренько водрузили металлический таз с картофелем и вручили нож.
— И куда очистки? — задала я резонный вопрос.
— Да, прямо на стол чисть, потом соберем. Их парни вечером закопают за лагерем, — пробурчала Саманта.
Взявшись за нож, я принялась быстро и умело счищать кожуру. Все-таки долгие часы на академической кухне даром не прошли. Сколько я этой картошки перечистила, лука перебрала, морковки отмыла. Настоящая хозяюшка теперь. Я из-за проделок Рояны частенько получала в наказание направление на отработку на кухню. Был в этом, конечно, и еще один плюс — там очень здорово кормили.
А вкусно поесть я любила всегда. Так что одна сплошная польза от наказаний.
Я погружалась в свои думы — картошка в тазу стремительно заканчивалась. Деревянный стол утопал в очистках. Дождик методично стучал по крыше беседки, то тут, то там стекали тонкие струйки воды. Зябко поежившись, я плотнее укуталась в плащ, но он практически не грел. Ткань, из которой он был пошит, дешевая. Отделки никакой.
