Автор
Виргиния, середина XVIII века. Светлый день в доме Иден Пембрук напоминает о недостатке времени: ей не хватает времени на то, чтобы сделать все необходимое. Встреча с сыном и отражение заботы о семье — это таинственная драма, где любовь и отчаяние вздымаются над реальностью, заставляя читателя вглядываться в мир, полный мелочей и великих смыслов....
— Себастьян сгреб с земли свои вещи, а затем поднялся и торопливо оделся.
— Я никогда не драматизирую, это особенность Элизабет, — заявила Иден. — Я спокойна, разумна и рассудительна! — Ее разъяренный голос, по-видимому, долетал и до небес, и если мертвые еще не проснулись, то это вот-вот произойдет. Он еще не слышал, чтобы Иден так кричала.
— Мне ты не кажешься такой уж спокойной и рассудительной, — заметил он, проверяя спрятанное в куртке оружие.
— И тебе это доставляет несказанное удовольствие, не правда ли? — Тяжело дыша, она обернулась к Себастьяну.
— А честность и преданность для тебя неразделимы, верно?
— Они основа всего, — подтвердила Иден, — ибо я точно знаю, к чему приводит обман… — Она резко оборвала фразу.
— Ты боишься стать похожей на свою мать, которая изменяла твоему отцу? Правда, Иден?
— Я не хочу пережить такой ад ни с тобой, ни с кем другим. — Чувства, которые она таила глубоко в себе, вырвались наружу вместе с рыданиями.
— И ты годами наказывала себя за то, что произошло семнадцать лет назад, — тихо продолжил Себастьян, предлагая Иден наконец выговориться.
Хруст веток заставил Себастьяна резко обернуться. Словно демон, восставший из ада, перед ним возникла темная фигура и в грудь ему нацелилось дуло мушкета.
— Продажная шкура! — зарычал Джерард Локвуд. — Ты продал нас проклятым мятежникам! Мы посылали донесения, а ты передавал их «Сынам свободы»! Из-за твоей измены англичанам пришлось отступить в этот чертов Йорктаун, а мне теперь никогда не повыситься в чине и не разбогатеть.
Иден никогда не видела Джерарда Локвуда без маски, но она узнала его грубый голос и внушительную фигуру. Одного вида этого варвара было достаточно, чтобы оживить пережитое, и когда негодяй с усмешкой взглянул на нее. Иден инстинктивно придвинулась к Себастьяну.
