Автор
Богатый циничный мужчина привык контролировать отношения, предлагая женщинам условия. Но молодая хирург, дважды спасившая его жизнь, отказывается играть по его правилам. Между ними вспыхивает страстный конфликт любви и гордости, где каждый готов пожертвовать всем, но никто не хочет...
Раздел Chitat.online для книги «Моя (не) на одну ночь. Бесконтрактная любовь» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Богатый циничный мужчина привык контролировать отношения, предлагая женщинам условия. Но молодая хирург, дважды спасившая его жизнь, отказывается играть по его правилам. Между ними вспыхивает страстный конфликт любви и гордости, где каждый готов пожертвовать всем, но никто не хочет...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Богатый циничный мужчина привык контролировать отношения, предлагая женщинам условия. Но молодая хирург, дважды спасившая его жизнь, отказывается играть по его правилам. Между ними вспыхивает страстный конфликт любви и гордости, где каждый готов пожертвовать всем, но никто не хочет...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Слышал, Марти? — Роберт старался, чтобы голос не дрожал, поэтому специально растягивал слова. — Не бойся, папа нас спасет. И вы тоже, пожалуйста, не бойтесь, Оля, хорошо?
Потому что тогда ему будет еще страшнее, поняла Оля.
— Не буду, — прошептала она и сморгнула. — Конечно, ваш папа всех спасет.
Глава 33
Телефоны отобрали. Их — всего около тридцати человек — загнали в одно из вспомогательных помещений на техническом этаже и приказали сесть вдоль стен. Оля очень спокойным голосом объяснила мальчикам, что они теперь заложники. И чем сдержаннее себя вести, тем меньше шансов привлечь лишнее внимание.
Она старалась подбирать слова, чтобы не напугать детей еще больше. Понимала, что захватчики скорее всего под наркотой, и любой крик или плач могут вызвать неуправляемую агрессию. Поэтому самое правильное — выполнять все их требования.
Остальные заложники тоже молчали, никто не рыдал и не бился в истерике. В помещении царила гнетущая тишина, изредка прерываемая нервными всхлипами. Кое-кто шепотом молился, с опаской поглядывая на надсмотрщиков.
Время тянулось медленно, оставляя неприятное послевкусие, как след улитки, ползущей по поваленному стволу дерева.
Оля успокаивала мальчиков, но сама понимала, что они здесь надолго. Без воды и еды. Без туалета. Возможно, без движения. Как медик, она знала многое о выносливости человеческих организмов. И даже детских.
К сожалению, ей ничего не было известно о выносливости эмбрионов, и если им троим опасность пока грозила неопределенная, то ее малыш казался намного уязвимее. И беззащитнее. А она не может его потерять, ни за что.
Самое правильное сейчас — сидеть и ждать, когда их освободят. Но она не может ждать. Не должна.
Мимо несколько раз прошелся тот самый громила в камуфляже с раной на руке, который пропустил ее к детям. Скользнул взглядом по ней, по мальчикам.
И Оля решилась. Есть еще одно слово, которое одинаково звучит на всех языках мира. Она очень осторожно подняла руку, а потом ткнула пальцем себе в грудь.
— Медик. Я — медик.
Бородач остановился и уперся в нее тяжелым взглядом. А она все так же осторожно указала на его руку.
— Надо перевязать.
Говорила негромко и ровно, чтобы не спровоцировать агрессию.
Громила посмотрел на свою руку и что-то крикнул своим товарищам, разлегшимся в противоположном углу на сваленных там же заплечных рюкзаках. А потом кивком головы подозвал Олю.
Оставалось теперь встать на непослушных трясущихся ногах и не свалиться. Она поднялась, придерживаясь за стену, при этом приходилось чуть ли не по рукам себя бить, чтобы не хвататься за живот. Им не надо знать. Никому не надо.
— Сидите смирно, — сказала детям, стараясь не шевелить губами, и пошла.
