Автор
В комнате запахло древностью и старыми бумагами. Агния стесняясь поднимается с места, рядом с ней стоит Ибрагим Викторович — адвокат, чьи черты настолько изменились со времени бабушкиной смерти, что она их не узнала. Она подписывает завещание, где четко указано, что все наследство переходит к ее сводному брату. Выходя из комнаты, она в последний раз вздыхает, оглядывая обветшалые интерьеры и старую мебель....
Бросилась в коридор.
– Мама! – вбежал Мирон. – Там дядя Игорь и дядя Данил…
– Сейчас я этим дядям, – процедила я зло и сорвалась с места. Два задиристых барана, чтоб их! Я-то думала, у них всё-таки хватит ума не устроить мордобой. Но нет!
– Это не твоя… – начал говорить Данил, но тут появилась я.
– Что вы…
Я так и замерла. Игорь стоял, подпирая угловой шкаф. Данил, злой, как тысяча чертей, привинчивал петлю. На полу вокруг них валялись доски и куча мелких деталей, несколько коробок повалились на бок.
Заметив меня, Игорь мотнул головой.
– Они всё повесили, – втиснулся Мирон между мной и стеной. – А потом ба-а-бах! – махнул он. – И ещё, если бы не дядя Данил, всё упало бы на дядю Игоря. А так на них обоих упало. И ещё коробки…
Сын продолжал рассказывать о том, как два великовозрастных идиота пытались справиться с падающей полкой, а в итоге повалили не только её, но и коробки. Судя по выражению их лиц, оба они предпочли бы, чтобы Мирон замолчал.
– Думаю, вам нужно отдохнуть, – констатировала я, когда они всё-таки вернули полку на место.
Данил смахнул со лба волосы, Игорь отряхнул ладони.
У другой стены возвышался готовый шкаф, с ещё двумя полками и столиком для мелочи всё тоже было в порядке. Из кухни донёсся запах сладких маффинов. Данил смерил меня тяжёлым взглядом.
– Если что, я ставлю греться чайник. Жду всех через десять минут. Если кого-то что-то не устраивает, уговаривать не буду. – Отчеканила я и ушла в очередной раз заваривать чай.
* * *Очевидно, всё всех устраивало, потому что через десять минут троица сидела за столом полным составом.
– Подожди, – только я хотела свернуть его, Данил перехватил мою руку.
Он поднял голову и медленно, глядя на меня и касаясь моего уха кончиками пальцев, вытащил карандаш. Дыхание перехватило, и меня словно парализовало, хотя он не сделал ничего из ряда вон выходящего.
Только когда он склонился над наброском, я смогла сделать вдох.
– Я не такой хороший художник, как ты. – Данил добавил к рисунку фонари по обеим сторонам от скамеек. – К тому же, с этим мы можем не успеть. Но в перспективе точно нужно заняться подсветкой. И сделать её в общем стиле. Скоро день станет коротким, а именно в этом месте темно, как у негра в заднице.
