Автор
Когда надвигается ужасная новость, сердце словно разрывается на части. Вампуловски измотана и захвачена страхом, но она решительно бьется с жизнью. Удачный удар перекатывается в ритме его шагов, когда он убегает. Войска навстречу смерти стучит в её сердце, пока Дима превосходно изгибается под замком и тяжело ворочая ключами, пытается захлопнуть дверь в дом дедушки....
Наслаждение, напоминающее легкий разряд, проносится по венам трепетной волной, кипятит кровь, накаляя чувства. Закатываю глаза от исступления, ещё больше прогибаясь под ним, позволяя глубже проникнуть в себя.
— Сегодня я усыновил Сашку, — резким толчком выбивает из меня дух. Я всхлипываю, осмысливая только что сказанное им. В голове сладкая муть. Ладонь Димы накрывает потяжелевшую грудь, сминая её. Пальцы забираются под лифчик, сжимают болезненный сосок, катая его, словно пластилиновый шарик. Не сдерживаю довольное мычание.
— Ты мог хотя бы предупредить, — почти со стоном произношу, ощущая прилив волнительной дрожи внутри.
— Родная, теперь его никто не отберёт у тебя... и я не смогу, прости, но так было нужно... — прохрипел, ускоряя темп. Я забилась в его руках. Слёзы потекли ручьём то ли от обиды, то ли от счастья.
— Обещаю тебе, всё у нас будет хорошо! — его чувственный поцелуй обжигает кожу чуть выше лопаток. Накопившееся сексуальное напряжение требует выхода. Животные инстинкты берут верх. Когда удовольствие становится невыносимым, срываюсь на крик:
— Сильнее, Дима! Глубже... прошу...
Его ладонь тотчас затыкает мне рот. В исступлении прикусываю кожу до крови, ловя краем уха шипящее ругательство. Солоноватый привкус срывает тормоза, и я, приглушённо мыча, принимаюсь энергично двигать бёдрами ему навстречу, нетерпеливо насаживаясь на член.
— Любимая... — произносит у самого уха, почти не контролируя себя, рычит, шепчет что-то невнятное, вбиваясь в меня с такой силой, что чувство наполненности едва не вынуждает терять сознание.
