Автор
В новом здании ресторана все еще не привыкли к моему появлению – официантка прижимается ко мне, чтобы скорректировать мой костюм. Сегодня моя жизнь навсегда изменится. Барсег сделал предложение, и я согласилась на помолвку. Уже неделя ожидания до свадьбы, и сегодня я приду в этот ресторан....
А он изъявляет свою волю, которой все должны подчиняться…
Вот только не буду я делать, как он хочет. Не буду, и все тут!
Да, я понимаю, его, скорей всего, взбесил мой вчерашний побег. Но неужели он и вправду думал, что это нормально? Взять, засунуть в меня свое хозяйство, когда я практически умоляла его этого не делать. Потом поинтересоваться, зачем я зашила что-то там. А потом как ни в чем не бывало предложить — давай закажем что-то вкусное, посидим, поговорим. Как будто только что не обозвал меня шлюхой, предположив, что я имитировала девственность.
Я с ним посиди-поговори. За одним столом!
Не в этой жизни…
Меня чуть не вырвало от его предложения. Но еще меньше мне хотелось что-то с ним обсуждать после того, что он сделал. Слушать дикие обвинения в свой адрес, терпеть новые домогательства, которые, несомненно, последовали бы, останься я там. А даже начни я оправдываться, пытаясь снова доказывать ему свою правду, — не поверил бы.
Барсегу ведь правда не нужна, я это выяснила пять лет назад.
Любовницей ли своей меня сделать или просто на хуй послать.
Сука…
Пять лет прошло, а мне до сих пор бесконечно обидно, что он тогда мне не поверил, заклеймил гулящей тварью и до сих пор такой считает. Предпочел обелить брата в своих глазах, а меня сровнять с землей. Это ведь намного проще, чем разбираться с тем, что случилось на самом деле, разве нет? Тогда и с братом бодаться не придется, и вроде как есть моральное право сделать меня своей подстилкой.
Кстати, он ведь уже пытался взять меня силой!
Я ничего не забыла…
Отлично помню, как на следующее утро после неудавшейся помолвки он рычал мне в ухо, что лучше бы я сосала ему, а не кому-то там. И что если я не исчезну из города, то он сделает меня своей шлюхой.
Помню, как крепко он держал меня тогда, что я даже вырваться не могла. Помню жуткое чувство бессилия, которое зародило в душе такую панику, что страшно представить.
И вот спустя пять лет я сама же явилась к нему в номер! Какой идиоткой надо быть, чтобы так сделать?
Расслабилась за это время, в памяти слегка потускнели воспоминания о том, кто такие Багиряны и на что они способны. Да и подумать толком времени себе не дала. Разрешила эмоциям бежать впереди разума, полетела к Барсегу в гостиницу разбираться.
