По сути, подвела к тупику, который либо сносить, либо перепрыгивать, не зная, что за этой бетонной стеной кроется. Но я не могла не подчеркнуть то, что меня волновало, потому как если Кевин изменил стиль поведения только потому, что я — иная, довериться ему даже в качестве простого приятеля будет весьма опрометчиво.
Хильсадар оказался опасным собеседником. Он не проломил завесу тайны и не перепрыгнул через неё. Просто обошёл, тем не менее откровенно признавшись:
— Не подменили. И не в храме дело. То, что ты стала другой я сразу заметил. Ещё тогда, когда ты свою горничную обнимала в холле моего особняка. Прежняя Эммиэн только отвешивала ей пощёчины, да огрызалась на мои замечания, утверждая, что имеет право. Дальнейшее твоё поведение только усугубляло степень недоумения, которую ты сумела во мне поселить. Однако несмотря на всё это, я не мог поверить ни своим глазам, ни своим ушам… Слишком живо в памяти то, как ты стояла с надменным лицом, поджимая губы, когда я, едва сдерживаясь, спрашивал, зачем ты убила Самиру? — Кевин поморщился. — Ты сказала: «Она всего лишь животное» и что-то ещё, типа: «Как можно из-за нелепой случайности повышать голос на свою невесту? Принц так вести себя не должен…»
Я широко распахнула глаза, удивляясь грани своей души всё больше. Никогда не считала себя плохой. Всегда старалась помогать людям, вести себя в соответствии с внутренним «Я» и совестью, а оно… вон, как может быть!
«Мою грань развратил Немир вседозволенностью и возможно, я подчёркиваю возможно, чувством вины. Это лишний раз подтверждает, что советские психологи и педагоги, ратующие за важность воспитания в становлении личности, были правы. Хотя… гены тоже своё влияние в этом плане оказали по полной. Это не ты, Эмма. Тебя родили другие люди. Тебя воспитало другое общество. Не стоит приписывать к себе чужие поступки и слова».
Кевин продолжал, не замечая, насколько я в шоке.
— Именно поэтому я так остро прореагировал, когда обнаружил тебя рядом с Намико, за что ещё раз прошу прощения.
— Я тебя поняла и уже извинила. Давай больше не будем мусолить тот случай.
Кевин понял, что я совершенно не настроена на диалог, поэтому отступил, повторив:
— Хорошо. Но мои слова не забывай. Я с удовольствием помогу решить тебе любые проблемы.
Оказавшись в комнате, глубоко вздохнула.
«Так… а теперь подумаем!»
То, что Немир — полный неадекват, я догадалась ещё в Глассар-холле. Ну, не может нормальный мужик так орать на безобидного старичка! А потом ещё и выпрыгнуть в окно, когда его дракон яростно рвётся наружу. Судя по всему, здесь имеет место быть нарушение при проведении ритуала слияния со зверем. Изучая эту тему так внимательно, как я, любой мог бы сделать весьма простой вывод.