В этой исторической романтике Катя не может устоять перед сильным и нежным Колей, даже когда он находится в критическом состоянии после серьезной операции. Страх за жизнь любимого мужа тесно взаимодействует с чувствами нежности к нему, создавая острый драматический подтекст в повседневной жизни пары....
Зверь так счастлив, что готов обратиться прямо сейчас, чтобы тебя лично поблагодарить за выбор… — Кей отстранился на мгновение и с тревогой заглянул в мои глаза. — Это же был он, да? Твой выбор? Или просто… к слову пришлось?
— Уууууу… бедняжка! — с умилением я коснулась лица Кея, огладила его мужественные скулы и улыбнулась. — Совсем я тебя извела, да? Плохая иномирянка!
— Кхм… Смеёшься надо мной? — делано прищурился Хильсадар, с видимым облегчением выдыхая и подхватывая моё настроение пошалить.
Осторожно, фактически не касаясь, Кей пересчитал мои рёбра, заставляя громко смеяться.
Когда я устала хохотать, взмолилась о пощаде.
Тихо посмеиваясь, Кевин остановился и крепко обнял меня.
Так было хорошо. Сейчас. В моменте.
Будто нет больше нависшей угрозы со стороны Галь Ханаана, его загадочного хозяина — Тени. Немир сейш Глассар тоже вдруг стал не страшен. Не скажу, что я его прям уж боялась, но после адамантового браслета опасения прошибли до самого позвоночника.
Но теперь, сидя в объятиях Хильсадара, всё как-то незаметно отодвинулось на задний план. Посматривая снизу-вверх на Кея, я вдруг поняла, что моё сердце выбрало идеального мужчину, чтобы открыться новой любви — открыться самой жизни. Такой, как Кевин, будет защищать своё до последней капли крови.
— Кхм-кхм… — прокашлявшись, улыбнулась дракону, глядя в его жаркие, сияющие фиолетовым неоном глаза.
— Безумно!
— И я…
Кевин с огромной долей обожания рассматривал моё лицо, коснулся родинки над верхней губой, провёл подушечкой большого пальца по щеке.
— Знаешь, ты мне снилась, пока я был в отключке, — признался Хильсадар, пока я прильнула к его груди щекой и слушала, как сердце дракона часто стучит. — Я не видел тебя, но слышал голос… Потом были другие сны. Странные. Картинки всё сменялись, а чувство одиночества, которое я ощущал на всём их протяжении, просто убивало.
— Тише, — успокоила любимого мужчину, уложила его на подушки и мягко улыбнулась.
