В этой исторической романтике Катя не может устоять перед сильным и нежным Колей, даже когда он находится в критическом состоянии после серьезной операции. Страх за жизнь любимого мужа тесно взаимодействует с чувствами нежности к нему, создавая острый драматический подтекст в повседневной жизни пары....
Ждать и верить, что о ней не забудут… и хотя бы к ночи снизойдут.
Сбоку кто-то беззвучно хмыкнул.
«Ардаль… смешно тебе? С чего бы?»
— Милая, ну, зачем же так? — нахмурился Немир, переступив с одной ноги на другую.
— Правдиво? Ты прав. При посторонних лучше воздержаться от откровенных мыслей. Господин Ростан, Талана… не стойте. Забирайтесь в экипаж. Ардаль?
— Я полечу, — мягкий тенор стража позволил мне с облегчением выдохнуть. — С высоты лучше видно дорогу.
— Замечательно. Отправляемся! — скомандовала я, чувствуя моральное удовлетворение от гневной физиономии сучки Идэмы.
«В следующий раз будет думать, прежде чем цеплять меня!» — да, я прекрасно понимала, что полностью отделаться от этого семейства у меня не получится. После этой пары дней я уже не настолько наивна, чтобы верить в то, что Немир вдруг забудет о существовании своей любимой доченьки и отправит меня в свободное плавание.
Как только последние слова с пожеланиями удачи были произнесены, наш фаэтон сорвался с места.
Дедушка Ростан поправил подушки за спиной Таланы, что-то шепнул девушке.
Я отвернулась, чтобы их не смущать. Взялась рассматривать салон транспорта."
"Мобы и фаэтоны Уграса заслуживали отдельного восхищения.
