Погружаясь в шаткий баланс между обыденной жизнью босса и сюрреалистическими приключениями его очаровательной экономки, читатель окунется в мир смеха и драмы. Эта книга затачивает атмосферу изящных холочек и шаловливых шуток в орбите тонкой пряничной жизни, где каждое слово кажется сверкающей магической пылью....
Будьте готовы к зачистке по первому зову…
— Может, сразу с тобой пойдём? — насупился Люк.
— Спугнёшь, — осадила его начальница и кивнула мне: — Ни пуха ни пера!
— Ни когтя, ни хвоста, — привычно огрызнулась я и осторожно прокралась в подвал.
Надеясь, что множество запахов, которые остались после следаков, собьёт лиса с толку, а голод выманит тварь и заставит пойти в ловушку, я прислушалась. Шорохи, доносившиеся снизу, могли быть вызваны и Бальтазаром, и нашей целью, пока трудно сказать, удалась ли моя хитрость.
Глава 21
Шаг за шагом я продвигалась между гор мусора, разматывая последнюю катушку алой нити. Запаковывая каждую петлю так, что от моих чар уже заметно светился воздух, педантично обрабатывала угол за углом, не пропуская ни шага. Я сегодня же поймаю эту тварь!"
"Вдруг языком пламени мелькнула рыжая клякса. Лизнула стену и рухнула на сжавшегося в комок броненосца… То есть крысоносца! То есть Бальтазара.
В стороны праздничным салютом полетели тушки крыс, клочки рыжей и чёрной шерсти. Запинаясь за магические нити, твари застревали в ней, как в паутине, рвались дальше. И через некоторое время по полу уже катался аккуратно спелёнатый рыже-чёрный кокон.
— Зачистка! — натягивая нить, крикнула я.
Раздался звук торопливых шагов, и подвал наводнился людьми. Тут были и наши. Люк, схватив за хвост, пытался отодрать лиса от енота, но через пару секунд в лапах моего приятеля остался лишь белый пух и несколько рыжих клочков. Лис, претерпев скоростную эпиляцию, скорбно клацнул зубами и выпустил в воздух струю зачарованного газа.
Хорошо, что за время погони я достаточно изучила повадки и способности зверя. И заранее вложила в чары ловушки силы, нивелирующие удушающий газ. Он оставался был противен, но вреда не причинял. Тварь, понимая, что загнана в угол, принялась вырываться ещё активнее, щёлкая челюстями и царапая пол.
Крепко привязанный к лису Бальтазар не выпускал хвоста противника.
