Автор
Георгий теряет дары речи. Его голова колотится, и он чувствует себя неуправляемым после долгого рабочего дня. Теперь его задача — найти врачей клиники, которые могли бы объяснить что-то крайне важное. Только тогда сможет он спокойно лечь в постель и отдохнуть.
Залипаю на мгновение на прекрасном лице Данаи.
– Да теперь и меня бы такое вряд ли устроило. Мне-то лет сколько, помнишь? Не хочется терять оставшееся время понапрасну.
– Говоришь, как старик, – улыбается."
"– Я тебе покажу – старик! – угрожающе хмурюсь, но ничего не выходит. Ответная улыбка рождается сама собой. – А ты почему интересуешься?
– Вопросом ЭКО?
– Ну, да, – съезжаю с основной трассы на дорогу, ведущую в поселок, где у нас дача. Дорога скользкая, на некоторое время я отвлекаюсь от разговора, а когда вновь смотрю на Данаю, та почему-то выглядит крайне смущенной.
– Мы же поженились.
– И что?
– Я должна понимать, есть ли шанс от тебя залететь!
На эмоциях с губ моей женушки срываются интересные слова. Те, которые она, вся такая благовоспитанная, вряд ли использовала в повседневной жизни. Залететь. Ну, надо же. Откидываю голову и смеюсь. Она обиженно пыхтит. Я невольно сбавляю скорость и касаюсь ладонью ее маленького животика.
– Ты уже от меня залетела.
– Это вопрос на будущее! – дует губы.
– Потому что эта самая тема не актуальна на ближайшие месяцы. – замечаю я, и вот тут до меня доходит, что мы в самом деле можем… можем… Ч-черт! Вот это да!
– А как же всякие болезни?
– Я – чистый. Ты – я так полагаю, тоже. Когда мы сегодня окажемся в постели, между нами не будет никаких преград. Кожа к коже. Только ты и я.
– Значит, у тебя с этим нет проблем?
– С чем? – я туплю, а потом доходит. И я смеюсь пуще прежнего. Буквально до слез.
– Откуда мне знать, что да как? К тому же ты зря смеешься. Это – серьезная проблема и…
Прерывая сбивчивые оправдания жены, беру ее ладонь и укладываю поверх своей впечатляющей эрекции.
– О-о-ох… – выдыхает Даная, конвульсивно сжимая пальцами мой стояк. Чертыхаюсь. Зря я это провернул. До дома еще доехать надо. Как теперь отвлечься, скажите, пожалуйста?!
– А ты? Со мной все прояснили.
– Не такая уж я и молодая. Мне тридцать два! – Даная отнимает ладошку и сцепляет руки в замок перед собой.
– Но когда ты решилась на процедуру, тебе было меньше тридцати, – справедливо замечаю я.
– Меня заставила подруга. Лена Верещагина. Видишь ли… У нее слишком поздно обнаружился рак. Яичники убрали, матку.
