Шестнадцать лет назад — так уж сложилось, что мы оказались в смертельной аварии. Мама попала под удар тяжелого предмета, а я осталась живой благодаря ремням безопасности, которые не дали мне повредиться. После этого страшного дня наш дом из развалин стал новой страницей в жизни, полной загадок и перемен....
Спина сразу напряглась, и стала более жесткой. Какие мы, оказывается, чувствительные.
– Расслабься, – вернула ему фразу, на что он фыркнул будто пес. Забавный.
Пальчики скользили верх и вниз, по позвоночнику и по ребрам. Хоть он и лежал, но его мышцы перетекали. Но смирно лежать он не смог, поэтому пришлось ущипнуть за такой аппетитный зад.
– Кому-то не лежится на месте, – смеясь, сказала я, пройдясь ноготками по ребрышкам.
– И этому есть причина, – прорычал он, и так быстро перевернулся, что я не успела понять, как? Меня снова усадили сверху, и теперь я отчетливо ощущала то, что ему мешало.
Провела ладошкой по вставшему члену, и тут застонал директор.
– Я, наверное, и тут сделаю массаж, – хитро улыбнулась, и села на значительную выпуклость. Хорошо, что он в плавках.
Мартин с мольбой посмотрел на меня, но ничего не сказал и откинулся на шезлонг. Я же налила ещё масла на ладошки, начала поглаживать грудь и живот, слегка царапая кубики. Я наслаждалось его телом, но чем дольше его растирала, тем жестче оно становилась.
Когда директор стал уже рычать, а пресс стал каменным, сильные руки сжали мои бедра и сами задали ритм.
– Двигайся быстрее, малышка, ещё немного!
И я двигалась. Ткань его шорт натирала мое и так разгорячённое лоно. Мне нравилось, но было мало. Стоило подумать об этом, как Мартин положил руку на мой лобок и стал тереть клитор большим пальцем.
Моё ослабевшее тело упало на его грудь и продолжало слегка дрожать. Крепкие руки обняли и прижали теснее к себе.
– Мой волчонок, – мягко сказал он, целуя меня в волосы. Именно сейчас я решила, что хочу ночью пройти всё до конца. Хочу ощутить его полностью. Испытать ещё большее удовольствие.
– Ты, о чем таком задумалась, хорошая моя? – спросил он на ушко, поднимаясь со мной на руках и идя в дом.
– О том, что мне хорошо, – честно сказала я, прижимаясь к нему.
– Так и должно быть, – нежно сказал директор, занося меня в душевую кабинку. Сдернул с себя шорты, и встал под струи воды ко мне.
– Нежный мой цветочек, – улыбаясь, сказал он и накрыл губы в поцелуе, прижимая меня к стенке. Мои руки завел над головой и зафиксировал.
