Автор
В Лондоне в 1812 году, девственная Джулианна Хоторн смотрит на дом невероятной роскоши из кареты. Её первое впечатление о внушительном трехэтажном особняке остается неизменным: каменный фасад, зеленые поручни и ярко-жемчужное крыльцо превращают простой экипаж в произведение атмосферной роковой любви....
Но какая разница, как онвыглядит? Ел ли он, спал или нет? Его жена лежит там, наверху, и в муках пытается произвести на свет их ребенка!
«Что я буду делать, если она умрет? Как я смогу жить без нее?»
Конечно, он понимает, что так думать нельзя, и все-таки какая трагическая ирония — спасти Джулианну от Сент-Джорджа только для того, чтобы она умерла в родах!
«А я даже ни разу не сказал ей, что люблю ее!»"
"Он хотел ринуться вверх по лестнице и сказать ей эти слова, пока не поздно, сказать, как много она для него значит, но сдержался.
Рейф обернулся и увидел рядом с собой Итана.
— Если отказываешься поесть, выпей хотя бы чаю. — Он протянул чашку.
Рейф неохотно взял ее и заставил себя сделать глоток, потом еще один, пересек комнату, сел в кресло и молча отставил напиток.
— Недавно приехал Ганнибал, — заговорил Итан. — Получил мою записку и сразу примчался. Поскольку мы привезли с собой тело Мидлтона, мне пришлось сообщить об этом местному судье. Кобб— человек порядочный, а поскольку это был явный случай самообороны, никаких неприятностей не возникнет.
Сверху снова послышались крики, и все мысли о виконте моментально вылетели из головы Рейфа.
Поняв, что он просто обязан быть с Джулианной, Рейф выскочил из гостиной и рванул вверх по лестнице, перескакивая через две ступеньки. Рывком, распахнув дверь комнаты, он ворвался внутрь.
Сразу четыре женщины обернулись на него, в том числе и Джулианна. Она лежала в центре комнаты на кровати, в ночной рубашке, задранной вверх так, что нижняя половина тела была обнажена.
Повитуха, стоявшая в изножье кровати, пригвоздила его к месту укоризненным взглядом.
— Леди Пендрагон рожает, и ее нельзя отвлекать. — Женщина нетерпеливо взмахнула рукой, молча приказывая своей помощнице и юной горничной вывести его из комнаты.
Рейф не сдвинулся с места.
— Она рожает уже много часов. А я сижу там, внизу, и слушаю, как она кричит. И не уйду отсюда, пока не пойму, что она вне опасности.
Началась новая схватка, буквально сразу же после предыдущей. Джулианна закричала, ненадолго приподнялась на локтях, а потом снова рухнула на постель.
Осознав, что сейчас от него будет больше вреда, чем пользы, Рейф позволил женщинам оттеснить себя на пару шагов.
Джулианна повернула голову и протянула к нему руку, глядя своими блестящими, умоляющими глазами:
— Нет, Рейф, не уходи!
Ее мольба остановила его.
