Автор
В Лондоне в 1812 году, девственная Джулианна Хоторн смотрит на дом невероятной роскоши из кареты. Её первое впечатление о внушительном трехэтажном особняке остается неизменным: каменный фасад, зеленые поручни и ярко-жемчужное крыльцо превращают простой экипаж в произведение атмосферной роковой любви....
Шагая рядом с ним, Джулианна трепетала.
«Как все похоже сегодня, и все-таки какая огромная разница», — думала она.
В первый свой визит в этот дом она чувствовала себя очень скованно. Внутри у нее все переворачивалось от волнения, и только преданность семье вынуждала ее оставаться верной своему обещанию.
Но сегодня не было ни страха, ни сомнения. Они вместе вошли в гостиную, в воздухе которой витали сладкие и пряные ароматы.
Джулианна втянула ноздрями воздух и улыбнулась. Горячее вино с пряностями.
Рейф очень заботлив, подумала она, заметив небольшой медный кувшин, стоявший на решетке камина, чтобы его содержимое не остыло.
«Боже милостивый, я его хочу!» Впервые в жизни она ждала, когда сможет лечь в постель с мужчиной, по-настоящему хотела всех тех интимных вещей, которые он будет с ней, вытворять, которые они будут делать друг с другом — в постели, средь бела дня!
От этой мысли у нее закружилась голова.
— Как прошло твое утро? — любезно поинтересовался Рейф, отпуская ее руку.
«Мое утро?» Зачем он спрашивает о таких скучных вещах, когда можно затащить ее в спальню и бросить на кровать? Может, думает, что ей опять нужно помочь расслабиться? В конце концов, это всего лишь вторая их встреча.
Он подошел к камину.
— Утро прошло чудесно, — ответила она, глядя, как Рейф наливает вино в кубок.
— Какими же?
— О, ничего особенного. Завтрак и утренние рутины. Сегодня, к примеру, я встречалась с экономкой, чтобы посмотреть меню на неделю и поговорить о делах прислуги. И немного рукодельничала.
Он протянул ей кубок.
— Вышивала, надо полагать?
— Да. Я вышиваю в подарок носовые платки. — Джулианна взяла кубок. Его мягкое тепло приятно согревало замерзшие пальцы. Она поднесла кубок ко рту и сделала глоток, наслаждаясь контрастом вкуса — сладко, но терпко, крепко, но мягко.
Рейф взял кубок у нее из рук.
— Иди сюда.
У Джулианны перехватило дыхание. «Он в самом деле хочет, чтобы я села к нему на колени?»
Рейф снова поманил ее и протянул руку. Джулианна долго смотрела на нее — сильная мужская ладонь, длинные изящные пальцы, умеющие доставить такое изысканное наслаждение.
Чувствуя, что коленки вот-вот подогнутся, она торопливо шагнула к нему и позволила усадить себя на колени.
