Автор
В Лондоне в 1812 году, девственная Джулианна Хоторн смотрит на дом невероятной роскоши из кареты. Её первое впечатление о внушительном трехэтажном особняке остается неизменным: каменный фасад, зеленые поручни и ярко-жемчужное крыльцо превращают простой экипаж в произведение атмосферной роковой любви....
— Не волнуйся. Камин горит. Да и я найду способ тебя согреть.
Глядя на него с неприкрытой страстью, она облизнула пересохшие губы.
Рейф подошел к ней:
— Ну, что задумалась? Очнись. — Он мягко повернул ее так, чтобы помочь снять платье.
— Ой, я просто заметила, что ты до сих пор не снял галстук!
Джулианна снова задрожала от предвкушения, вспомнив, как на прошлой неделе во время занятий любовью он галстуком связал ей запястья над головой. Втот раз Рейф довел ее до такого ошеломительного пика, что она до сих пор это помнила.
Он начал расстегивать на ней платье. Аккуратно отложив его в сторону, Рейф принялся за корсет и, действуя с ловкостью опытной горничной, очень быстро раздел Джулианну догола.
Потом споро и сноровисто вытащил шпильки из волос и пальцами так их расчесал, что они упали ей на спину темной волной. Рейф подошел к небольшому столику в другом конце комнаты, сложил на него горкой шпильки, повернулся и окинул обнаженную Джулианну внимательным взглядом, причем его зеленые глаза потемнели от страсти.
Не торопясь он развязал галстук и швырнул его на одежду, потом с плотоядной улыбкой, от которой ямочки на щеках сделались еще глубже, медленно, по одной пуговке расстегнул рубашку. Всего на секунду оторвавшись от ее взгляда, стянул ее через голову и неподвижно замер.
А Джулианна не могла наглядеться на широкие плечи и крепкую грудь с порослью темных завитков, словно моливших запустить в них пальцы, на плоский живот, на его мышцы, плавно переходящие в гладкие сильные бедра, плотные икры и длинные ступни безупречной формы.
Она с трудом подавила одобрительный вздох, остро осознавая, какой дерзкой стала за время, что находится под его чарами. Если бы все мужчины выглядели так, как он, сладострастно размышляла Джулианна, ношение одежды, без сомнения, приравнивалось бы к преступлению.
Чувствуя себя Евой рядом с Адамом, она позволила ему взять себя за руку и усадить на покрывало.
В камине уютно пылал огонь, и его тепла вполне хватало, чтобы согреть их. Внезапно сообразив, что она голодна даже сильнее Рейфа, Джулианна с интересом смотрела, как он распаковывает корзинку.
Сначала он вытащил целого жареного цыпленка, потом небольшой кусок мягкого сливочного сыра, бисквиты и маленький горшочек меда.
